АЛЕКСАНДРОВ, ГРИГОРИЙ ВАСИЛЬЕВИЧ

Григорий Васильевич Александров (настоящая фамилия Мормоненко) — советский кинорежиссёр, актёр, сценарист и педагог, Народный артист СССР (1948 г.), дважды лауреат Сталинской премии первой степени (1941, 1950 гг.), Герой Социалистического Труда(1973 г.), профессор.


Родился 10 (23) января 1903 в Екатеринбурге в семье уральского горнорабочего.

Начал свою трудовую деятельность в девять лет, работая рассыльным в Екатеринбургском оперном театре, затем занимал должности помощника реквизитора, электротехника, помощника режиссёра.

В 1917 году окончил Екатеринбургскую музыкальную школу (по классу скрипки).

Во время Гражданской войны — на Восточном фронте, состоял при политотделе 3-й армии, заведующим театром фронта. Подражая Маяковскому, ходил босым с весны до осени, за что получил прозвище «босоногий комиссар».

О том, как уральский паренек Мормоненко стал Александровым, Григорий Васильевич никогда никому не рассказывал. Зато с удовольствием вспоминал, как в 1919 году вместе с таким же юным Иваном Пырьевым руководил художественной самодеятельностью в клубе ЧК, был награжден офицерской шинелью, шапкой, сапогами.

В 1920 году закончил режиссёрские курсы Рабоче-крестьянского театра при губнаробразе и был назначен инструктором отдела искусств Губобразнадзора. Осуществлял контроль за репертуаром кинотеатров, в том числе занимается монтажом и переделкой старых фильмов, приспосабливая их под новую идеологию.

В 1921 году он отправился покорять Москву. Артистом Александров хотел стать сразу, без учебы. Поэтому на предложение Евгения Вахтангова выполнить этюд на тему ухаживания петуха за курицей Александров очень обиделся. «Разве это по-революционному — петуха изображать?» — жаловался он товарищам. И ушел в студию Мейерхольда, где познакомился с Сергеем Эйзенштейном. Их первая встреча ознаменовалась дракой, ибо Александров покусился на завтрак Эйзенштейна. Когда Григорий признался, что не ел два дня, Эйзенштейн отдал ему свой каравай.

Вместе они участвуют в создании нескольких спектаклей. Александров играет роль Глумова в поставленном Эйзенштейном новаторском, экспериментальном спектакле «Мудрец» по мотивам пьесы А. Н. Островского «На всякого мудреца довольно простоты». В спектакле были использованы цирковые трюки и эксцентрика.

В 1924 году Александров участвует в работе над сценарием и помогает Эйзенштейну в его первых фильмах «Стачка» (1925 г.), «Броненосец Потёмкин» (1925 г.), снимается в них как актёр.

В 1927 году выступает как соавтор сценариев и сопостановщик историко-революционного фильма Эйзенштейна «Октябрь» и фильма «Старое и новое» (1929 г.).

Александров с энтузиазмом воспринимал теоретические поиски и практические новации С. М. Эйзенштейна в области монтажа и актёрского исполнения в кино, вместе с ним и В. И. Пудовкиным выступил одним из авторов творческого манифеста «Будущее звуковой фильмы» (1928 г.).

C 1929 по 1932 год совместно с Эйзенштейном и оператором Э. К. Тиссе работает в США, где обучается мастерству у своих коллег в Голливуде.

По дороге в Америку Эйзенштейн и Александров приняли участие в съемках швейцарского фильма о запрещении абортов. В клинике Цюриха, где проходили натурные съемки, Александрову пришлось играть роженицу, которой делали кесарево сечение. Вопрос ничего не подозревающей акушерки: «В который раз рожаете?» вызвал дикий смех «роженицы» и Эйзенштейна, которые своим весельем чуть не сорвали съемку.

В 1932 году вместе с Эйзенштейном (на средства писателя Э. Синклера) во время поездки в Мексику снимает фильм «Да здравствует Мексика!» (не был закончен). В 1979 году Александров из отснятого материала всё же смонтировал этот фильм, который на Московском международном кинофестивале получил почётный приз «За выдающееся и непреходящее значение для развития мирового киноискусства».

В 1932 году Александров возвращается в СССР и по личному приказу И. В. Сталина снимает фильм «Интернационал».

В 1933 году встречается на даче у М. Горького со Сталиным. Вождь поручает создать для советского зрителя комедию.

В 1934 году заканчивает съёмки музыкального фильма «Весёлые ребята» с Л. Утёсовым и своей женой Л. Орловой в главных ролях. Критика встретила фильм в штыки, считая, что в нём недостаточно «революционного пафоса», Наркомат просвещения РСФСР запретил картину. Вмешался Максим Горький. Он помог организовать просмотр новой кинокомедии членами Политбюро и добился одобрения Сталина, отменившего запрет. Фильм имел огромный успех. В этой музыкальной комедии режиссёр соединил эксцентрические и цирковые трюки, приёмы мюзик-холла и оперетты. С «Весёлых ребят» начался «звёздный» путь актрисы Л. Орловой и дебютантов в кино композитора Исаака Дунаевского, поэта В. Лебедева-Кумача. Песня «Марш весёлых ребят», прозвучавшая в кинофильме, стала тогда одной из самых популярных песен среди народа. Картина имела успех и за рубежом (под названием «Москва смеётся»), удостоившись приза Венецианского кинофестиваля (1934 г.). Ч. Чаплин восторженно отозвался об этом фильме: «Александров открыл для Америки новую Россию. Это большая победа».

В 1936 году режиссер снимает фильм «Цирк», в основу которого был положен сценарий И. Ильфа, Е. Петрова и В. Катаева (сценарий был сильно переделан Александровым, авторы отказались от своей подписи). В этом фильме Александров резко усилил идеологический акцент, ставя во главу угла преимущества советского образа жизни перед западным. В финале этой оптимистической кинокартины прозвучала ставшая общенародной «Песня о Родине» («Широка страна моя родная»). Фильм удостоен Высшей премии на Международной выставке в Париже (1937 г.).

В 1936 году Александров по личному поручению Сталина снимает и монтирует фильм «Доклад товарища Сталина о проекте Конституции СССР на Чрезвычайном VIII съезде Советов».

В 1938 году выпускает комедию «Волга-Волга», имеющую оглушительный успех. Роль почтальона Стрелки, простой талантливой девушки, великолепно сыграла Л. П. Орлова. Нарицательным персонажем сделался бюрократ Бывалов в остром, сатирическом исполнении И. В. Ильинского.

В 1940  выходит фильм «Светлый путь», показывающий счастливую жизнь в СССР и широкие возможности для советского человека.

В 1941 году за фильмы «Цирк» и «Волга — Волга» Г. В. Александров удостоен Сталинской премии первой степени.

Жанр музыкальной комедии Г. В. Александров продолжил и в фильме «Весна» (1947 г. Международная премия кинофестивале в Венеции). В музыкальных фильмах режиссёр привлекал многомиллионного зрителя добрым юмором, неиссякаемой энергией положительных героев, свежестью и доступностью музыкальных решений. Вместе с тем его картины явно приукрашивали изображаемую в них действительность.

5 июня 1948 года ему было присвоено звание «Народный артист СССР».

Работая в жанре политического памфлета («Встреча на Эльбе», 1949 г. Сталинская премия первой степени) и биографического фильма («Композитор Глинка», 1952 г.), Александров пошёл на уступки политической конъюнктуре. В конце 1950-х годов пытался вернуться к формальным экспериментам в жанре музыкального ревю («Человек человеку», 1958 г.; «Русский сувенир», 1960 г.). В завершение своей творческой биографии поставил картину о советских разведчиках («Скворец и Лира», 1973 г.), которая, однако, единодушно была расценена как полная неудача и в прокат не вышла.

С 1951 по 1957 год - художественный руководитель режиссёрского курса во ВГИКе.

В 1963 году Александров поставил на сцене Театра Моссовета пьесу Дж. Килти «Милый лжец». В ее основе — переписка Бернарда Шоу и актрисы Патрик Кэмпбелл. Премьера «Милого лжеца» прошла в Выборгском дворце культуры при аншлаге в двухтысячном зале. Успех был полный — занавес для выходов на аплодисменты давали около тридцати раз.

В 1976 году публикует книгу воспоминаний «Эпоха и кино».

Указом Президиума Верховного Совета СССР от 23 января 1973 года Александрову Григорию Васильевичу присвоено звание Героя Социалистического Труда с вручением ордена Ленина и золотой медали «Серп и Молот».

В 1979 году на базе материалов, снятых группой Эйзенштейна, Александров смонтировал фильм «Да здравствует Мексика!». Приз Московского международного кинофестиваля.

В 1983 году снял документальный фильм о своей жене «Любовь Орлова».

16 декабря 1983 — Александров умирает от инфекции в почках в Кремлевской больнице, куда его положили на обследование.

В начале 1990-х годов фильм Александров «Весна» показали в рамках Лейденского фестиваля искусств. Немецкий киновед Уве Шпильман назвал Александрова предтечей постмодернизма, отметив изощренность его кинематографических отсылок и цитат. Другие критики утверждают, что «Весна» — несомненное предвестие «8 ½» Ф. Феллини, фильмов Антониони и Вендерса.

ВЛАДИМИР АЛЕКСАНДРОВИЧ РАЗУМНЫЙ

Григорий Александров

ВЕСНА ДУШИ НАШЕЙ


Зимой 1974 года мои встречи с Григорием Александровым были особенно частыми. На прогулках от Садовой до Бронной, от странной и алогичной, с моей точки зрения Академии общественных наук при ЦК КПСС, где мастер был профессором кафедры искусствознания до его квартиры в » престижном » доме, мы обговаривали возможность издания его книги по теории и технологии смеха в возглавляемом мною издательстве » Педагогика «. Не знаю, где сейчас знаменитая Александровская картотека смеха, которую он мне неоднократно демонстрировал, являвшая собою уникальную коллекцию комедийных положений, трюков, острот, шуток. Скорее всего, пропала, как и многое в нашей российской культуре ХХ века. Виню и себя — не мог уговорить тупых чиновников из Комитета по печати издать картотеку.

Странно, но однажды утренний телефонный звонок вызвал неведомое доселе — не чувство, но скорее предчувствие беды. Действительно, говорил Григорий Васильевич, как всегда — спокойно и немногословно, приглашая меня и мою жену к себе на дачу во Внуково. Но был в его интонации какой-то тревожный эмоциональный подтекст, который заставил меня немедленно приехать на такси. На опушке ослепительно молодого березняка, среди блестевших белизною от утреннего солнца ромашек нас встретил, словно красавец из русских былин, живой классик нашей кинокомедии.
Он молча повел нас к своей даче и лишь у калитки тихо проговорил: » Вас ждет Любовь Петровна «. Не скрою не только жена, но и я, уже немало понаторевший в веренице счастливых встреч, которые мне щедро дарует судьба, был почти парализован. Нужно ли еще и еще раз говорить, кем была для все нас, для разных поколений, Любовь Орлова!. И вот уже она идет нам навстречу в удивительно милом летнем ситцевом платье, слившаяся к космическом единстве с березами и теми же ромашками на участке. Два-три теплых ласковых слова, наверное, вполне привычных для встреч, и мы оказались в магнетическом поле такого душевного комфорта, о котором не расскажешь. А дальше началось нечто выходящее за рамки реальности, словно великий режиссер задумал продемонстрировать нам цветное голографическое изображение какой-то своей будущей картины, где Любовь Орлова, эта суперзвезда мирового экрана, создавала на наших глазах образ милой и гостеприимной хозяйки.

Вечерело… Белизну дачи, простой деревянной мебели, стен растворили вибрирующие фиолетовые сумерки. Мы беседовали, а Любовь Петровна продолжала хозяйничать одна, убирая стол и вновь накрывая его какими-то незамысловатыми яствами, успевая включиться и в нашу беседу о теории смеха, и в сердечный разговор с моей молодой женой, еще только вступавшей в жизнь. В разговор на равных, заинтересованный, возвышающий собеседника, дающий ему ощущение своей человеческой значительности.
Мы были во власти очарования этих людей. Уже в предвечернем полумраке мерцавших лунным отсветом берез прощались с гостеприимным хозяином. И вдруг, на какое-то мгновение, под шатром бровей Григория Александрова сверкнули яркие, словно звезды, слезинки. Он неожиданно повернулся в сторону своего дома и столь же неожиданно растворился в мареве тумана.

Если бы могли тогда знать, что это было прощание. Прощание не с кинозвездой, но со звездой России, дни которой уже были сочтены…
Если бы… Все мы не вечны. Но я-то должен был сам вопреки всему сохранить какую-то крупицу его наследия как великого комедиографа ХХ века. Не сохранил…

Print Friendly

Коментарии (0)

› Комментов пока нет.

Добавить комментарий

Pingbacks (0)

› No pingbacks yet.