АМАЗОНКИ

Амазонки (Ἀμαζόνες) — в древнегреческой мифологии племя мифических женщин-воительниц в Малой Азии, происходящее от Ареса и Гармонии.

Существует несколько теорий происхождения слова «амазонка»:

  1. От персидского этнонима «hа-Mazan» — «воины».
  2. От греческого этнонима, переводимого как «без мужа», «незамужняя».
  3. От греческого слова безгрудые (mazos – грудь). Согласно мифам для удобства стрельбы из лука амазонкам еще в детстве выжигали правую грудь.
  4. Исследователь девятнадцатого века Яльмар Фриск  считал, что термин имеет берберское происхождение.

Рубенс Питер Пауль Битва с амазонками, 1618 г.

Занятием мифологических амазонок были охота и война.

В их вооружение входили: лук, копье, боевой топор и лёгкий щит в форме полумесяца,

Страбон писал, что шлемы и одежду они изготавливают сами. В раннем греческом искусстве их одежда изображена такой же, как у греческой богини Афины, а в более поздних изображениях — как у Артемиды. На вазах позднего времени их одежда нередко напоминает  персидскую.

Амазонки обычно изображались верхом, но встречаются и пешие изображения.

Согласно мифу амазонки ради продолжения рода в определенное время года вступали с мужчинами в брачные отношения. Родившихся мальчиков они отсылали отцам (или убивали), а девочек оставляли у себя и воспитывали из них новых амазонок.

Амазонки считали своей богиней-покровительницей богиню Артемиду, как воплощение женщины-воина.

Марина Цветаева.

«Грудь женская! Души застывший вздох…»

Грудь женская! Души застывший вздох, —

 Суть женская! Волна, всегда врасплох

 Застигнутая — и всегда врасплох

 Вас застигающая — видит Бог!

 

 Презренных и презрительных утех

 Игралище. — Грудь женская! — Доспех

 Уступчивый! — Я думаю о тех…

 Об одногрудых тех, — подругах тех!..

Франц Штюк. Амазонка и Кентавр, 1912 г.

Мифы называют местами обитания амазонок побережье Чёрного моря — на берегах реки Фермодонт у города Фемискира (Малая Азия), или предгорья Кавказа и озера Меотиды (Азовское море), или пойму реки Ирис (сейчас Иешил-Ирмак).

Древнегреческий историк Геродот утверждал что, амазонки жили в Скифском государстве (современный Крым) и на берегах озера Меотида (Азовского моря).  Он сообщал, что сарматы были потомками амазонок и скифов и что их женщины соблюдали древние обычаи, «часто охотясь верхом с их мужьями; участвуя в войне; они носят ту же самую одежду, что и мужчины… у сармат никакая девушка не станет женой, пока она не убьет человека в сражении».

Драматург Эсхила  также придерживался этой точки зрения, утверждая, что в далеком прошлом, амазонки жили в Скифии и у озера Меотиды.

Об амазонках писали и римские историки. Страбон упоминает, что амазонки совершили успешный набег против малоазиатских стран Ликии и Киликии впрочем, относясь к возможности их существования с изрядной долей скептицизма. Другой римский историк Диодор Сицилийский писал, что они живут в западной Ливии и даже  усматривал в амазонках потомков атлантов. Филострат поселял амазонок в Таврии, Аммиан — к востоку от Танаиса (Дона) по соседству с аланами, а Прокопий писал, что они живут на Кавказе.

Историк А. Б. Снисаренко считает, что ареал обитания амазонок практически совпадал с контурами турецких вилайетов Амасия, или Амазья, и что, возможно, этот топоним хранит следы названия легендарного племени.

Согласно легендам амазонки основали множество городов, в том числе Смирну, Эфес, Синоп и Пафос.

Фрагмент рельефа из Пирея, конец V — начало VI в. до н.э. Пирей (Греция), Археологический музей.

В греческом искусстве амазонки впервые появляются в сюжетах архаичного периода.

В гомеровской «Илиаде» упомянута могила царицы амазонок Мирин.

Согласно древнегреческому историку Диодору, царица Мирин возглавляла амазонок в войне против Ливии. Под ее руководством амазонки напали на фригийцев, которым помогал Приам.

В Троянской войне амазонки сражались против греков. Ахилл смог победить амазонку Пенфесилею, после чего скорбел, пораженный ее красотой.

Тесей увез из захваченного города амазонок их царицу Антиопу, вследствие чего амазонки вторглись в Аттику.

В «Жизнеописаниях» Плутарх со ссылкой на Гелланика рассказывает о том, как амазонки, переправившись по льду через Боспор Киммерийский, пошли покорять Аттику, когда там правил Тесей, и после неудачной четырёхмесячной войны возвратились на родину

Один из подвигов Геракла состоял в том, что он заполучил волшебный пояс амазонской царицы Ипполиты.

Некоторые биографы Александра Македонского упоминают королеву амазонок Фалестриду, не только встречавшуюся с ним, но даже имевшую от него ребенка. Однако другие биографы Александра, в том числе историк Плутарх, считают этот рассказ легендой — он пишет, что когда главнокомандующий флотом Александра, Онесикрит, читал эту историю царю Фракии Лисимаху, участвовавшему в походах вместе с Александром тот лишь улыбнулся и сказал: «И где я был тогда?»

 

Фрагмент росписи кратера Мастера Ниобида, ок. 460 г. до н.э. Палермо, Национальный археологический музей.

Несмотря на такое обилие упоминаний народа амазонок в греческих и римских источниках факт их реального существования в науке до сих пор находится под вопросом. Ведь в произведениях древнегреческого искусства сражения между амазонками и греками фигурируют наравне со сражениями греков и кентавров.

Аргументами сторонников реального существования амазонок являются:

1. Многочисленные изображения и описания этого народа в античном изобразительном искусстве и литературе, в том числе периода правления Александра Македонского;

2. Женские курганные захоронения на территории Украины и в ряде других регионов, в которых наряду с женскими украшениями присутствовали луки, стрелы и дротики;

Аргументы противников сводятся к следующему

1. Распространенность подобных мифов среди других народов древности, не имеющих однако никакого реального подтверждения, наводит на мысль об их архетипичности;

2. В упомянутых выше погребениях полностью отсутствовали останки мечей, боевых топоров и прочего оружия ближнего боя, за исключением ритуальных кинжалов, что указывает на аристократическое происхождение погребенной, а также отсутствие защитных приспособлений и доспехов, что указывает на то, что женщины, как и подростки, могли помогать начинать сражение путем обстрела противника с безопасного расстояния и затем уходили за основную массу войска, состоявшего из мужчин.

Амазонка. Фрагмент скульптурного декора крышки диноса из Капуи, начало V в. до н.э.

Многие ученые усматривают корни греческих мифов об амазонках в культуре Минойской цивилизации. В подтверждение приводят, например тот факт, что покровительницей амазонок считалась богиня Артемида, культ которой пришел на материковую Грецию с Крита.

Другие исследователи усматривают источник мифов об амазонках в той активной роли, которую играли женщину в военных походах и социальной жизни общества в племенах сарматов.

Однако скорее всего, мифы об амазонках имеют древние архетипические корни, уходящие в эпоху матриархата, что подтверждается в частности тем фактом, что они имеют широкое распространение в культурах Индии, Китая, народов Африки, у индейцев Латинской Америки и иных народов, не имевших культурных контактов с античным миром.

Да и в Европе с падением античного мира миф не исчезает. В средние века и эпоху Возрождения европейцы не только продолжали верить в существование амазонок, но и даже приписывали им изобретение боевого топора. Правда местом их обитания назывались Африка и Америка (отсюда название реки — Амазонка).

Амазонки фигурирует в отчетах Христофора Колумба и Уолтера Рэли.

Знаменитый средневековый путешественник Джон Мандевиль упоминает их в своей книге: «На землях Халдеи есть земля Амазония».

В стихотворной хронике Далемила упоминаются чешские амазонки. Эти женщины в 739 году, убив своих мужей, начали семилетнюю войну с мужчинами. После долгой борьбы они были побеждены обманом. Впрочем, эти амазонки к мифическим имеют отношение весьма отдаленное.

 Рудольф Жеттмар. Борьба амазонок (фрагмент).

Эмиль Верхарн.

Амазонка.

По скалам, по длинам и холмам

 Отважно скачет амазонка.

 Стучат копыта звонко,

 И стан наездницы так гибок и упрям!

 Назад отброшено пространство…

 Звенит

 Ее оружье и убранство:

 Копье, и лук, и меч, и щит.

 Леса, ручьи, озера, рощи — мимо!

 Она летит, как ветер, как стрела,

 Вся — мускулов комок, гибка, неутомима.

 Конь взмылен весь, и в пене удила.

 Ее галоп пугает птичьи стаи

 В лесной глуши, где тень лежит густая

 И где стволы блестят, как чешуя.

 Струятся в них и днем и ночью соки,

 Разбуженные солнцем токи.

 Кусты, цветы и травы у ручья -

 Все солнце пьет и к солнцу все стремится,

 Как всадница, что без дороги мчится.

 

 Отвагой, силой, радостью лучится

 Ее улыбчивый и светозарный лик.

 

 Мужчин — тиранов грубых и владык -

 Поколебалась мощь и ослабела.

 Власть перешла

 К воительнице смелой…

 Честь ей, хвала,

 Прекрасной, грозной, стройной,

 Оружия достойной!

 

 Ей не страшна грядущая борьба

 Со смертью: ведь она сама — судьба.

 Нет рук сильней: то — варварам преграда.

 Струится, золотясь, волос ее волна,

 Сияют звезды глаз среди их водопада.

 Грудь правую сожгла себе она,

 Чтоб та в бою ей не мешала,

 И, гордая, на горизонте встала,

 К победе, к славе вся устремлена.

 

 В пещере, где зарей мрак вечный не тревожим,

 Изранено до крови жестким ложем,

 Напрасно взор вперяя в темноту,

 Ждет Человечество, кусая кляп во рту,

 Ждет, побежденное, утратившее веру,

 В цепях, и с уст его невольно рвется стон,

 И сторожит его уродливый дракон,

 Свернувшийся у входа в ту пещеру.

 

 Но амазонка здесь, готовая на бой

 С жестоким чудищем. Ей велено судьбой

 Сразиться с гадиной стоглавой,

 Хоть каждая оскаленная пасть

 Грозит, готовая напасть,

 И дышит смрадом и отравой.

 Дракон, рассвирепев, и страшен и могуч,

 Похож на дерево с корой шероховатой,

 И хвост чешуйчатый бьет в злобе бесноватой,

 И яд струящийся невыносимо жгуч.

 Огонь, и кровь, и желчь внезапно изрыгая,

 Он извивается, врага подстерегая,

 И множество когтей, клыков и жал,

 И щупалец готовы впиться сразу…

 Распространяя вкруг зловонье, как заразу,

 Весь ощетинившись, дракон ей угрожал.

 Полна и отвращения и гнева,

 Разит его копьем воинственная дева.

 

 И снов а прерывающийся стон,

 Стон Человечества несется в дали,

 И жалобно он эхом повторен,

 Как будто, полные печали

 На этот стон просторы отвечали.

 

 Чудовище взвилось, безжалостно, как рок…

 Когда бы не коня отчаянный прыжок -

 Спасенье к всаднице пришло бы слишком поздно…

 Встает пред нею смерть неотвратимо-грозно,

 И телом — не душой! — овладевает страх.

 Весь лихорадочный огонь в ее глазах,

 Но вновь она кидается на зверя,

 Подняв свой меч, в победу твердо веря.

 

 И хрип, и лязг, и треск, и гром

 Кругом

 Отражены далекими горами.

 Сжимает рукоять меча,

 Рубя сплеча,

 Воительница мощными руками.

 Сверкает молнией губительный металл,

 Но не слабеет вихрь и щупалец и жал:

 Срубила голову — два новых вырастают…

 И силы амазонки иссякают.

 

 О пораженье думает она -

 И вот заранее побеждена.

 В последний раз в руке ее усталой

 Меч заблестел… Потом он опустился.

 Нависли тучи, мрак сгустился,

 Лишь неба край — во мгле кроваво-алой.

 Оружье, падая, звенит… В зенит

 Несется стон отчаянья и боли.

 Как вырваться из плена, из неволи?

 Воительница храбрая мертва…

 Светила, словно жернова,

 Вращаются во мраке тщетно…

 До цели далеко заветной.

 И вдаль Печаль свой устремляет взор.

 И вторит ей в долине скорбный хор:

 О скалы бьется ветер, воя,

 Шумит река — ей не найти покоя…

 А может быть, то слез журчит родник,

 И Человечества, не ветра, крик,

 Несчастную оплакивая, рвется?

 Оно в цепях. Как раньше, остается,

 В то время как дракон, — которого Персей

 Бесстрашно укротил спустя немало дней

 Не силой — только мыслью, взглядом, -

 Улегся рядом,

 На все живое злобно зашипев

 И вновь разверзнув ненасытный зев.

Перевод с французского Валентина Дмитриева.

Уильям Риммер. Бой с амазонками.

Миф об амазонках вошел не только в эпическую поэзию, но сделался предметом греческого изобразительного искусства. Амазонки столь часто изображались в сражении с греческими воинами, что этот популярный сюжет получил в античном искусстве собственное название — «амазономахия».

Произведения античного изобразительного искусства связанные с кругом мифов об амазонках появляются, начиная с VII века до нашей эры — это западные метопы Парфенона, метопы сокровищницы афинян в Дельфах (начало V 5 в. до н. э.), рельефы фриза храма Аполлона в Бассах (V в. до н.э.), рельефы фриза Артемиды в Магнесии (V-IV вв. до н. э.), рельефы западного фронтона святилища Асклепия в Эпидавре (IV в. до н.э.), рельефы западного фриза Галикарнасского мавзолея, (середина IV в. до  н.э.), рельефы саркофагов, вазопись (амфоры Эксекия).

Особое место среди античных произведений занимали статуи амазонок.

Плиний Старший в «Естественной Истории» свидетельствует о существовании пяти бронзовых статуй, изображающих раненых амазонок, в храме Артемиды Эфесской. Он объясняет это собрание скульптур на одну и ту же тему в одном и том же месте историей конкурса, который состоялся в V веке до нашей эры. Участвовали в этом конкурсе (по рассказу историка) скульпторы: Поликлет, Фидий, Кресил, Кидон и Фрадмон. Эти статуи были помещены в храм Дианы Эфесской.

Ряд дошедших до нас римских копий греческих оригиналов, видимо, восходит к работам этих скульпторов.

Амазонка Сосикла.

Рассказ Плиния Старшего подтверждается существованием трех сохранившихся типов римских мраморных копий «Раненых амазонок», чьи греческие прототипы, судя по стилю, относятся примерно к 430 годом до нашей эры.

Очевидно, эти три типа — то, что осталось от пяти описанных Плинием. Статуя Фрадмона, видимо, потеряна безвозвратно, а Кресил (родившийся в Кидонии) и Кидон могут быть одним и тем же человеком, то есть Плиний допустил ошибку в перечислении, и статуй было всего четыре.

Тем не менее, лишь идентификация типа Маттеи — как копии работы Фидия считается бесспорной. Определить, относится ли тип Скьярра к Поликлету, а тип Сосикла к Кресилаю, или наоборот, нельзя, и этот вопрос продолжает быть темой для исследований.

Все три дошедшие скульптуры являются изображением женщины одного типа лица, одетой в пеплос, который падает с одного (или обоих) плеч, оставляя открытой грудь. Предположительно, они ранены копьем, которое вошло в шею или в бок с правой стороны, и от этого приподнимают руку.

Амазонка Матеи.  

«Амазонка Маттеи», высотой2,11 метра, созданная в эпоху Августа, является римской копией с греческого оригинала Фидия. Она была найдена в 1770 году и попала в коллекцию семьи Матеи, в настоящий момент находится в Ватикане.

Амазонка стоит, опустив глаза вниз, её правая рука поднята над головой перед лицом, а левая опущена и придерживает колчан. Голова, руки и левая плечо этого экземпляра — результат реставрации. Поднятая рука могла придерживать утраченный лук, как еще в одной статуи этого типа, находящейся в Капитолийских музеях.

Амазонка Скьярра.

«Амазонка Скьярра», высотой1,94 метра, относится к эпохе Тиберия. Она является римской копией с греческого оригинала либо Поликлета, либо Кресила. Данную скульптуру обнаружили в Риме, в 1868 году в садах Саллюстия.

В данный момент она находится в Карлсбергской Глиптотеке в Копенгагене.

Левая рука амазонки покоится на колонне-подставке, её правая рука поднята над головой так, чтобы ладонь была позади. Лицо женщины склоняется в сторону. Нос, часть правой руки, левая рука над локтем, обе кисти, правая стопа и лодыжка — результат реставрации.

Есть другие копии этого типа: «Амазонка Лэнсдаун» находится в музее Метрополитен, другая скульптура — в Берлине .

Амазонка Сосикла.

 «Амазонка Сосикла» —  в длинном пеплосе, закрывающем ноги. Этот тип известен благодаря скульптуре высотой2,02 метра, относящейся ко II веку нашей эры, копии, подписанной именем «Сосикл». Она, как и предыдущая, сделана по оригиналу либо Поликлета, либо Кресила.

Данный памятник был обнаружен в 1733 году, попал в коллекцию кардинала Альбани, и в настоящий момент находится в Капитолийских музеях.

Амазонка держит левую руку перед грудью, а правая, с открытой ладонью, поднята. Она глядит вниз. Реставрации подлежали нос, нижняя губа, левое предплечье и рука с драпировкой.

Также существуют относящиеся к этому типу и более ранние, чем работа Сосикла бюст (герма) и бронзовые статуэтки.

В античном искусстве амазонки, как правило, представлены в идеально красивых формах женщин (несмотря на мифы с обеими грудями), но с весьма развитыми мускулами.

Проперций де Росси. Геркулес и амазонка.

Тема амазонок (или упоминания о них) встречается в произведениях Эсхила, Еврипида, Плавта, Псевдо-Каллисфена.

С падением античного мира амазонки не исчезают из литературы — их упоминает Ариосто в «Неистовом Орландо», Чосер в «Кентерберийских рассказа.

Особенно популярны мифы об амазонках были в литературе XVI-XVII веков («Ипполита» Р. Гарнье; «Амазонки» Лопе де Вега, «Амазонки в Индии» Тирсо де Молины)

В ХIХ веке к сюжетам об амазонках обратились представители романтической литературы («Пенфесилея» Г. Клейста; «Амазонки» Ф. Грильпарцера).

Нередки также аллюзии к мифу об амазонках (Т. Тассо «Освобождённый Иерусалим).

В литературе ХХ-ХХI веков тема амазонок постепенно становится атрибутом фэнтези, а затем и масскульта с сильным феминистическим привкусом.

В живописи особой известностью пользуется картина «Битва Амазонок» Рубенса.

К мифу об амазонках восходят сюжеты картин Я. Тинторетто, Я. Пальмы Старшего, Г. Рени.

Ян Клейман. Амазонка. 2005 г.

В кинематографе амазонки (и аллюзии к ним) появляются либо в комедийных ситуациях («Новые амазонки», «Амазонки на Луне») либо в кинофэнтези («Ксена – принцесса-воин», «Удивительные странствия Геракла»).

Сюжеты об амазонках в силу архетипичности мифа широко используются в масскульте. Они обыгрываются в комиксах, женских романах, порнолитературе. Нередко они выступают в союзе с другими архетипическими образами, как например, в фильме «Тарзан и амазонки».

Другие значения термина:

2) Длинное женское платье специального покроя для верховой езды.

3) Амплуа цирковой наездницы высшей школы верховой езды. Амазонка управляет движениями лошади, сидя в дамском седле специальной конструкции. Правой рукой она держит стек.

Первой амазонкой на цирковом манеже была К. Лойо, дебютировавшая в 1833 году в «Олимпийском цирке» Франкони в Париже. Страстный любитель конного цирка граф А. Орлов пожертвовал владельцу петербургского цирка А. Гверре 200 000 рублей, чтобы тот пригласил из Парижа новых артистов, и в 1846 году Лойо приехала в Санкт-Петербург, где имела грандиозный успех.

Облик амазонки — наездницы в дамском седле, в цилиндре и вуали, с букетиком фиалок в петлице — стал воплощением нового художественного стиля в цирковом искусстве. В образе амазонки выступали также многие наездницы высшей школы верховой езды — П. Кюзан, Е. Фёдорова, 3. Петцольд, 3. Лозе, Т. Ренц.

 

При перепечатке данной статьи или ее цитировании ссылка на первоисточник обязательна: Копирайт © 2012 Вячеслав Карп — Зеркало сцены

Геродот.
История.
(Фрагмент).

IV, 110. О савроматах же рассказывают следующее. Когда эллины сразились с амазонками (скифы называют амазонок ойорпата, что на греческом языке [означает] «мужеубийца», так как мужа они называют «ойор», а «пата» означает «убивать»), тогда, по преданию, эллины, победив в битве при Фермодонте, отплыли, везя на трех кораблях столько амазонок, сколько могли взять в плен, а те перебили мужей, напав в море. (2) С кораблями же они не были знакомы, не знали, как пользоваться кормилом, парусами, и не умели грести; и после того, как они, напав в море, перебили мужей, их носило волнами и ветром. И прибывают они к берегам Меотийского озера — к Кремнам. А Кремны находятся на земле свободных скифов. Здесь, сойдя с кораблей, амазонки достигли обитаемой земли. Встретив первый же табун лошадей, они похитили его и верхом на лошадях начали грабить страну скифов.

 IV, 111. Скифы же не могли понять, в чем дело: ведь ни языка, ни одежды, ни самого племени они не знали и были в недоумении, откуда те пришли; им казалось, что [амазонки] — это мужчины юного возраста, и потому они вступили с ними в битву. Когда скифы завладели трупами, [оставшимися] после битвы, они таким образом узнали, что это были женщины. (2) Посоветовавшись, они решили больше их не убивать, но послать к ним самых молодых своих мужчин, числом приблизительно столько же, сколько было [амазонок]. Те должны были расположиться лагерем вблизи них и делать то же, что и они будут делать. Если же [амазонки] станут их преследовать, то не вступать в сражение, а уклоняться; когда же те остановятся, они должны, приблизившись, стать лагерем. Скифы задумали это, желая, чтобы от этих [женщин] родились у них дети.

 IV, 112. Посланные юноши стали выполнять порученное. Когда же амазонки поняли, что те пришли без всякого злого умысла, они не стали обращать на них внимания; и с каждым днем скифы приближали свой лагерь к лагерю амазонок. Юноши же, как и амазонки, не имели ничего, кроме оружия и лошадей, и вели тот же, что и они, образ хизни, занимаясь охотой и грабежом.

 IV, 113. Амазонки же в полуденный час делали следующее. Они расходились по одной и по две, рассеиваясь для естественных надобностей далеко друг от друга. Узнав об этом, и скифы стали делать то же самое. И кто-то приблизился к одной из них, оставшейся в одиночестве, и амазонка не оттолкнула его, но позволила вступить с ней в связь. (2) И сказать она не могла (ведь они не понимали друг друга), но показала жестами, чтобы он на следующий день пришел на то же самое место и привел другого, показывая, чтобы их было двое и что она также приведет другую. (3) Юноша, уйдя, рассказал это остальным. На второй день он сам пришел на то же место и другого привел, и нашел амазонку, ожидавшую вместе с другой. Когда остальные юноши узнали об этом, они также приручили остальных амазонок.

 IV, 114. А после, соединив лагери, они стали жить вместе, каждый имея женой ту, с которой он вступил в связь с самого начала. Мужчины не могли выучить язык женщин, женщины же усвоили язык мужчин. (2) А после того, как они поняли друг друга, мужчины сказали амазонкам следующее: «У нас есть родители, есть и имущество. Теперь мы уже больше не будем вести такой образ жизни, но будем жить, уйдя к своему народу; нашими женами будете вы, и никакие другие [женщины]». (3) Они же на это сказали следующее: «Мы не могли бы жить вместе с вашими женщинами, ведь у нас и у них разные обычаи. Мы стреляем из лука и мечем дротики, и ездим верхом, женским же работам мы не обучены. А ваши женщины не делают ничего из того, что мы перечислили, но, оставаясь в повозках, занимаются женским трудом, не выезжая на охоту и вообще никуда. (4) Так вот мы не можем ладить с ними. Но если вы хотите, чтобы мы были вашими женами и чтобы вы могли считать себя справедливыми, то, придя к родителям, получите [свою] часть имущества и затем, когда вернетесь, будем жить сами по себе».

 IV, 115. Юноши послушались и выполнили это. Когда же, получив полагавшуюся им часть имущества, они вернулись назад к амазонкам, женщины сказали им следующее: (2) «Мы в страхе и опасении, следует ли нам жить в той самой стране, где мы и лишили вас ваших отцов, и сильно опустошили вашу землю. (3) Но так как вы желаете иметь нас своими женами, то сделайте вместе с нами следующее: давайте уйдем из этой земли и поселимся, перейдя реку Танаис». Юноши послушались и этого.

 IV, 116. Перейдя Танаис, они прошли к востоку на расстояние трех дней пути от Танаиса и на расстояние трех дней [пути] от озера Меотиды в направлении северного ветра. Прибыв в ту местность, в которой они теперь обитают, они заселили ее. (2) И с того времени жены савроматов придерживаются древнего образа жизни, выезжая на охоту на лошадях и вместе с мужьями, и отдельно от мужей; они так же ходят на войну и носят ту же одежду, что и мужья.

Н. А. Кун.
Легенды и мифы древней Греции.
(Фрагмент).

 ПОЯС ИППОЛИТЫ (ДЕВЯТЫЙ ПОДВИГ)

 Девятым подвигом Геракла был его поход в страну амазонок за поясом царицы Ипполиты. Этот пояс подарил Ипполите бог войны Арес, и она носила его как знак своей власти над всеми амазонками. Дочь Эврисфея Адмета, жрица богини Геры, хотела непременно иметь этот пояс. Чтобы исполнить ее желание, Эврисфей послал за поясом Геракла. Собрав небольшой отряд героев, великий сын Зевса отправился в далекий путь на одном только корабле. Хотя и невелик был отряд Геракла, но много славных героев было в этом отряде, был в нем я великий герой Аттики Тесей. Далекий путь предстоял героям. Они должны были достигнуть самых дальних берегов Эвксинского Понта, так как там находилась страна амазонок со столицей Фемискирой.

 Слава о подвигах сына Зевса давно уже достигла страны амазонок. Поэтому, когда корабль Геракла пристал к Фемискире, вышли амазонки с царицей навстречу герою. Они с удивлением смотрели на великого сына Зевса, который выделялся, подобно бессмертному богу, среди своих спутников-героев.

 Царица Антиопa (Ипполита) спросила великого героя Геракла:

- Славный сын Зевса, скажи мне, что привело тебя в наш город? Мир несешь ты нам или войну?

 Так ответил царице Геракл:

 - Царица, не по своей воле пришел я сюда с войском, совершив далекий путь по бурному морю; меня прислал властитель Микен Эврисфей. Дочь его Адмета хочет иметь твой пояс, подарок бога Ареса. Эврисфей поручил мне добыть твой пояс.

Не в силах была ни в чем отказать Гераклу Ипполита. Она была уже готова добровольно отдать ему пояс, но великая Гера, желая погубить ненавистного ей Геракла, приняла вид амазонки, вмешалась в толпу и стала убеждать воительниц напасть на войско Геракла.

- Неправду говорит Геракл, — сказала Гера амазонкам, — он явился к вам с коварным умыслом: герой хочет похитить вашу царицу Ипполиту и увезти ее рабыней в свой дом.

Амазонки поверили Гере. Схватились они за оружие и напали на войско Геракла. Впереди войска амазонок неслась быстрая, как ветер, Аэлла. Первой напала она на Геракла, подобно бурному вихрю. Великий герой отразил ее натиск и обратил ее в бегство, Аэлла думала спастись от героя быстрым бегством. Не помогла ей вся ее быстрота, Геракл настиг ее и поразил своим сверкающим мечом.

 Пала в битве и Протоя. Семь героев из числа спутников Геракла сразила она собственной рукой, но не избежала она стрелы великого сына Зевса.

 Тогда напали на Геракла сразу семь амазонок; они были спутницами самой Артемиды: никто не был им равен в искусстве владеть копьем. Прикрывшись щитами, они пустили свои копья в Геракла. Но копья пролетели на этот раз мимо. Всех их сразил герой своей палицей; одна за другой грянули они на землю, сверкая своим вооружением.

 Амазонку же Меланиппу, которая вела в бой войско, Геракл взял в плен, а вместе с ней пленил и Антиопу (Ипполиту).

 Побеждены были грозные воительницы, их войско обратилось в бегство, многие из них пали от рук преследовавших их героев. Заключили мир амазонки с Гераклом. Ипполита (Антиопа) купила свободу могучей Меланиппы ценой своего пояса. Антиопу же герои увезли с собой. Геракл отдал ее в награду Тесею за его великую храбрость. Так добыл Геракл пояс Ипполиты.

 Потом амазонки пошли войной на Афины, и Тесей вместе с Антиопой, горячо любившей мужа, защищали город. В одном из боев копье вонзилось в грудь Антиопе, и обе армии прекратили сражение. Вместе с объятыми горем афинянами амазонки похоронили молодую царицу и вернулись домой. В Троянской войне амазонки были враждебны ахейцам и после смерти Гектора пришли на помощь троянцам.

.

Print Friendly

Коментарии (0)

› Комментов пока нет.

Добавить комментарий

Pingbacks (0)

› No pingbacks yet.