БАБАНОВА, МАРИЯ ИВАНОВНА

Мария Ивановна Бабанова — советская актриса театра и кино. Лауреат Сталинской премии второй степени (1941 г.). Народный артист СССР (1954 г.).


Родилась 11 ноября (29 октября) 1900 года в Москве.

Отец будущей артистки был потомком цыганского барона. Знойный красавец Иван Бабанов увел купеческую дочку Катеньку Прусакову и женился на ней вопреки воле ее родителей. На этом весь романтизм родителей Марии Ивановны исчерпался. К моменту ее рождения они вели скучную и размеренную жизнь замоскворецких обывателей средней руки. «Отец был бессмысленно, тяжело скуп, прятал даже мои детские деньги, которые давались к празднику … Родные были не очень любимы мной, так как от них я получала только бытовые «блага», но не получала того, что нужно детскому сердцу. Все, что я любила, находило жесткий запрет», – вспоминала Мария Ивановна.

Уже в Коммерческом училище (впоследствии Плехановском) многие обратили внимание на белокурую изящную девушку, читающую на концертах стихи и прозу необыкновенно глубоким, поющим голосом.

Бабанова устраивается на работу в Наркомпрос и одновременно, не сказав об этом родителям, студию при Театре ХПСРО (Художественно-просветительный союз рабочих организаций) под руководством Ф. Ф. Комиссаржевского.

Установки студии полностью соответствовали веяниям времени: «Наступает пора рождения нового актера, актера универсального, одновременно и певца, и танцора, и драматического лицедея, актера более развитого, культурного, но все же подобного тем лицедеям, которые были в театре до разделения единого театрального искусства на отдельные отрасли. Когда явится такой актер, тогда будет и настоящий театр, театр единый, театр богатый, располагающий свободно всеми сценическими изобразительными средствами» писал Комиссаржевский. Бабанова вспоминала, что в студии она «научилась немногому, но если там не учили многим полезным вещам, то не учили и вредным. Ритмика, акробатика, фехтование, даже станок – тогда было новым, вызывавшим непонимание и нападки».

После эмиграции Ф. Комиссаржевского в Англию, здание студии было отдано Театру РСФСР I (позже театр имени Мейерхольда). При нем были созданы Государственные высшие режиссерские мастерские. Здесь пересеклись пути Мейерхольда и начинающей актрисы. Вся последующая театральная жизнь Бабановой будет связана со сценическим мастерством, начало которому было положено именно на подмостках Мастерских.

Мейерхольд проницательно отметил на экзамене художественную завершенность юной соискательницы: «Учить ее, пожалуй, нечему, да и вряд ли возможно».

Первая роль Бабановой — Стелла в «Великодушном рогоносце» (1922 г.) Ф. Кроммелинка на сцене Мастерских сделала ее не только знаменитостью, но и символом левого театра. Это был новый вид театрального действия, утверждающего конструктивный подход к жизни, где вместо иллюзии – «прозодежда» и станки, а вместо «переживания» – биомеханика, суть которой в приоритете движения над эмоцией, а точного жеста над словом. Блистательная акробатика мизансцен режиссера, где вместо «атмосферы» – культ театральной игры – слагаемые, составившие главные «университеты» Бабановой, основы ее техники. Никакой психологии, никаких раздумий актера над глубинами образа постановка «Рогоносца» не предполагала. Рождался гимн свободной игре, человеческому раскрепощению, радости движения; происходила своего рода демонстрация возможностей нового чистого человека, порвавшего со старым миром собственнических страстей. «Мейерхольд дал идею, дал форму. Она сразу заполнила ее своим громадным, нерассуждающим даром, своей личностью», – писала впоследствии критик М. И. Туровская. Детская чистота, искренняя эмоциональная непосредственность Стеллы в исполнении Бабановой придали спектаклю тот особый человеческий объем, который не входил в задачу постановки. Зрители стали «ходить на Бабанову», начиная со Стеллы, и продолжали ходить на нее в Театр им. Мейерхольда, хотя в течение пяти лет роли у нее были эпизодические, почти без слов.

Маленьким шедевром молодой актрисы стала роль Боя («Рычи, Китай» С. М. Третьякова). Сама Бабанова огромное значение для решения этого образа справедливо придавала мизансценам Мейерхольда, позволившим актрисе лирико-комедийного амплуа возвыситься до трагедии. Монументальность постановочного решения пронзительно оттенялась темой детской беззащитности трогательного существа, все это время напевавшего грустную китайскую песенку на неправдоподобно высоких нотах. Маленький эпизод становился эмоциональным центром спектакля.

Большой творческой удачей актрисы стали сыгранные у Мейерхольда две большие классические комедийные роли – Полинька из «Доходного места» А. Н. Островского (Театр революции, 1923 г.) и Мария Антоновна из гоголевского Ревизора (Гостим, 1926 г.).

Играют их согласно традиции, пустыми мещаночками. Однако в обоих этих бабановских персонажах торжествовала такая искренняя детскость поступков, интонаций, что их не приходило в голову осуждать. Обе роли были безукоризненно выстроены актрисой и отшлифованы до блистательного совершенства.

С 1927 года Бабанова в труппе московского Театра Революции (ныне Театр им. Вл. Маяковского). В Театре Революции Бабанова была признанной «примой».

В этот период ею были сыграны яркие эпизодические миниатюры с пением и эффектными современными «буржуазными» танцами, символизирующими капиталистическое «разложение», но в исполнении Бабановой, с ее необыкновенной пластичностью и эмоциональностью, имевшие большой успех (Бьенемэ в «Озеро Люль» А. Файко, Теа в «Учителе Бубуссе» того же автора, «Фокстротирующая Европа» в спектакле Д. Е). Историк театра С. Мокульский, писал: «…Выделим Бабанову, которая в пустячной роли гризетки Бьенемэ дает идеально четкий ритмический рисунок так, что каждая линия ее тела, поворот головы, изгиб корпуса сочетаются со словесной тканью роли, подкрепляя, истолковывая и оформляя ее эмоциональное содержание».

В 1928 году в театре Революции была поставлена режиссером А. Диким пьеса А. Файко «Человек с портфелем», ставшая событием в театральной жизни столицы, а также крупной вехой творческого пути Бабановой. Роль мальчика Гоги, вернувшегося с матерью в Россию из Парижа, русского парижанина, лишенного семьи и родины была прожита актрисой на одном дыхании.

Для Бабановой характерно сочетание глубины драматического содержания с непременным комическим оттенком, что было совсем не случайно. Она избегала откровенного комикования, героического пафоса, «сантимента» в любых романтических образах в истолковании страстей, в любой роли она находила что-нибудь остроумно-смешное. Переигравшая не менее десятка крупных ролей о любви, Бабанова утверждала свое понимание этого чувства, относясь к нему с осторожностью, словно боясь смазать прямолинейностью подачи. У актрисы все завуалировано, выстроено на полутонах-полудвижениях, даже там, где идет открытый текст. И в этом обаяние ее очень разных, классических и современных героинь. В роли рабочей Анки («Поэма о топоре», Н. Погодина) ее любовь к Степану воплощалась в особом импровизационном танце. Целую новеллу сумела разыграть актриса в почти бессловесной роли Колокольчиковой из «Моего друга». Всего шестнадцать слов отведет ей драматург, – но они сделаются для зрителя смысловым гвоздем всего спектакля. Эти слова – о любви, о тоске по любимому.

Оба спектакля поставлены А. Д. Поповым в 1931 году и имели огромный успех у зрителя.

Эпохой для советского театра 1930–1950 годов стали такие бабановские лирические роли, как Таня в одноименной пьесе Арбузова, восстановленная автором и актрисой во втором варианте; Джульетта («Ромео и Джульетта», У. Шекспир), в спектакле А. Д. Попова (поставленном в 1935 г. и возобновленном в 1948 г.) и ее лучшая роль испанской аристократки Дианы из комедии Лопе де Вега «Собака на сене».

«Таня была истинным подарком судьбы – одним из немногих, какими побаловала ее судьба … Таня была женщина того же круга, она была современница, она была похожа на Марию Ивановну Бабанову и вовсе на нее не похожа». Бабанова сыграла любовь, – вернее, одиночество в любви. Сыграла эту тему вопреки воле режиссера и автора. Финал спектакля, где Таня «излечивается» от своей любви и становится «полноценным членом общества», Бабанова, в общем, спускала на тормозах своей изумительной актерской техники. Москвички подражали героине спектакля даже в одежде (лыжная шапочка с «ушками»)…

Бабановская Джульетта поразила своей весьма спорной, но властно увлекающей дерзкой внутренней зрелостью. Это была, скорее, трезвая и расчетливая юная Лукреция Борджиа, смело манипулирующая окружающими. Личность масштабная, яркая, без привычного сиропа традиционных трактовок.

«Собака на сене», поставленная Н. Петровым в 1938 году, более двадцати лет не сходила со сцены театра, восхищая не одно театральное поколение. Ее Диана покорила Москву. Переводчик «Собаки…» М. Лозинский посвятил Бабановой-Диане галантно-восторженный мадригал:

Когда над миром в сотый раз

Взойдет небесная Диана,

Из далей невского тумана,

Поверьте, я увижу Вас.

И для меня в священный час

Возникнут – трепет темной залы,

И этот голос небывалый,

И сумрак небывалых глаз.

Весь опыт актрисы по безупречно точному выстраиванию линии роли, помноженный на комедийный блеск пьесы и поэтичнейший перевод М. Лозинского, в котором актриса принимала большое участие, счастливо совпали и получился театральный шедевр. «Вызывающе рыжая, в беспокойно-алом платье, она спорила с собой, а не с Теодоро. И Теодоро и Марсела со своими чувствами были статистами ее душевных борений». Бабанова не перегружала образ Дианы психологическими подробностями. Этот образ, как и должно было быть у испанского автора, складывался из взмаха веера, из поворота шляпки, из движения пышного платья.

С 1943 года театр Революции, по существу являющийся театром Бабановой, с которой работали разные режиссеры, в основном, психологического направления, возглавил Н. П. Охлопков, ученик Мейерхольда. Однако, вопреки ожидаемой логике, пути режиссера и актрисы, казалось бы, одной школы, резко разошлись. Для Бабановой наступил труднейший период несоответствий: репертуара с возрастом, сложившейся собственной эстетики с переменами в театре. Бабановой достаются роли, для нее трудные, неровные, сыгранные всего несколько раз, как Любовь Шевцова («Молодая гвардия», А. Фадеева, 1947 г.), Офелия («Гамлет», 1954 г.). Режиссер не скрывал, что его интересовал лишь созданный актрисой внешний рисунок роли.

Но были в тот период и большие удачи -  роль француженки Мари из спектакля по пьесе В. Гусева «Сыновья трех рек» (1944 г.).

Несмотря на всю любовь актрисы к русской классике, она сыграла на удивление мало ролей классических статей. Ее Лариса из «Бесприданницы», (1940 г., постановка Ю. Завадского) не совпала с душевным строем актрисы, так же как и Раневская из чеховского «Вишневого сада». А вот роли Софьи в «Зыковых» М. Горького (режиссер А. Дудин, 1951 г.) и Москалевой, сыгранная гораздо позже, в постановке М. О. Кнебель из «Дядюшкиного сна» по Ф. М. Достоевскому стали ее большими творческими достижениями. Обе удавшиеся роли были характерными, в них актриса усматривала именно сильные, неординарные характеры. И если сильная Раневская в чеховской пьесе была неуместна, то у Горького и Достоевского попадание в характер было точным. Но за внешней силой и властностью ума своих героинь Бабанова умела показать самое важное – несбыточные детские мечты о счастье, тоска по несостоявшейся любви, утраченные надежды.

По-настоящему большой удачей актрисы стала роль Софьи в «Зыковых» Горького. Режиссер видел Софью ключницей-скопидомкой с волосами, прижатыми к голове лампадным маслом. Но Мария Ивановна преотлично знала и помнила среднебуржуазную среду начала столетия. Она играла Софью умной и элегантной дамой, овеянной культурой «серебряного века».

Еще одна удача Бабановой в те годы – роль Кей в спектакле «Украденная жизнь» (своеобразный японский вариант «Вассы Железновой»). Пьеса ставила перед немолодой артисткой труднейшую задачу: сыграть три возраста героини, – юность, зрелость и старость. Да еще в непривычном антураже сверхсложного и неудобного для европейца японского быта.

Несколько ролей сыграно актрисой в период руководства А. А. Гончарова, возглавившего театр после смерти Охлопкова в 1967 году.

Но основной проблемой Бабановой была невостребованность, отсутствие подходящих ролей. Годы брали свое. Выходила Мария Ивановна на сцену реже. Все чаще брала дополнительный отпуск и проводила его на даче, в обществе любимых собак.

И все же в 1971 году Мария Ивановна с блеском играет Марью Александровну Москалеву в «Дядюшкином сне». «Самое удивительное, что в буффонно-трагической роли Марьи Александровны Москалевой – этого уездного Наполеона в юбке – Бабанова сыграла не только и не столько стяжательницу, хамку или полководца своих интриг, сколько ту девочку с обойденной счастьем душой, которую не доиграла в молодые годы».

Последнюю свою роль Жены из пьесы Э. Олби «Все кончено» (постановка Л. Толмачевой) с участием М. И. Прудкина и А. О. Степановой, Бабанова сыграла на сцене Московского Художественного Театра в 1979 году. И вновь актрисой было продемонстрировано редчайшее техническое мастерство в создании незаурядного женского характера. Вот что пишет об этой ее работе Майя Туровская: «Однажды обманутая в своем первом девичьем чувстве или просто недолюбленная в суете жизни на виду, она взрастила в своей душе эту неприязнь и недоверие к чувству. Бабанова играет драму сильной души, не способной на самозабвение любви. Возвращаясь к прежним ее ролям, можно сказать, что она играет драму женской независимости в новых предлагаемых обстоятельствах».

Особое место занимает в творчестве Бабановой радиотеатр. Уникальная мелодика бабановского голоса, умеющего передавать тончайшие психологические нюансы разных образов, сделали ее незаменимой на Студии звукозаписи. Здесь были поставлены и записаны поэтичные, наполненные глубоким философским смыслом сказки и притчи Г. Х. Андерсена, О. Уайльда, А. С. Экзюпери «Маленький принц».

Бабанова снималась в кинофильмах «Старец Василий Грязнов» (1924 г.), «Сердца и доллары» — американка (1925 г.), «Одна» (1931 г.), «Все кончено» (телеспектакль) – Жена (1980 г.).

Озвучивала роль Снежной королевы в полнометражном мультфильме «Снежная королева» (1957 г). Образ королевы создавался методом «эклера» – актриса исполняла свои сцены, их снимали на кинопленку, а затем все очертания и движения переносили на бумагу. Полученные таким образом рисунки и составляли основу мультфильма.

В 1972 году удостоена Государственной премии РСФСР имени К. С. Станиславского — за исполнение роли Лидии Самойловны в спектакле «Мария» А. Д. Салынского.

Награждена: орденом Ленина, двумя орденами Трудового Красного Знамени, орденом «Знак Почёта».

Мария Ивановна Бабанова скончалась 20 марта 1983 года в Москве. Похоронена в Москве на Новодевичьем кладбище (участок № 10).

На доме где, жила актриса (Петровский переулок, 5), установлена мемориальная доска.

Индивидуальный стиль актрисы сложился под влиянием В.Э.Мейерхольда. Роли, сделанные под его руководством, пользовались безоговорочным признанием зрителей и критиков.

Марию Ивановну Бабанову называли «зримым чудом театра», олицетворением высочайшего актёрского мастерства.

Асаф Фараджев.
О МАРИИ ИВАНОВНЕ БАБАНОВОЙ


Мир музыкальных образов моего детства был волшебным и вобрал в себя странным образом соединившиеся в целое: искусство персидских суфиев и «Болеро» Равеля, азербайджанские мугамы и «Ученика чародея» Дюка, «Лебединое озеро» любимейшего Чайковского и голоса Качалова, Тарханова, Турчаниновой, Пашенной, Андровской …

Среди этих драгоценных звукомузыкальных россыпей голос Марии Ивановны Бабановой по тембру — благородно-холодный, отстранённый, а по интонации и глубоко внутреннему смыслу — проникновенно-романтический, страстно-горячий гимн любви, родившийся в королевстве одиночества избранных.

Голос Марии Бабановой, — кого бы она ни читала — Андерсена, Уайльда, Экзюпери…- совершенно сливается с их собственными голосами, вторит им, поёт ту же великую песню. Искусство Бабановой-чтицы, бесплотное, остающееся в памяти на всю жизнь, как первое горе, делает необязательным чтение самих текстов. Ведь Бабанова прилетала на Землю с той же планеты, что и все великие грустные романтики-мечтатели. В её искусстве живёт любовь, чуждая всякой телесности. Увидев Бабанову на сцене только в последней её театральной роли, узнав её лично в последний год её жизни, я храню в моей душе её искусство как фамильную драгоценность — знак памяти о моих духовных предках, знак причастности к моему духовному роду.

Искусство Бабановой, пленившее меня своим голосом в мои четыре года, представляется той самой нотой «ля», по которой настраиваются все музыкальные инструменты. Нельзя сказать, что «ля» лучше или веселее других нот, но по акустическим и музыкальным законам эта нота — эталон чистой настройки. Исполнительский симфонизм Бабановой, бесконечные музыкальные возможности ее голоса являют чистоту и полноту созданных ею образов. Бабанова, подобно прорицательнице, рассказывает о судьбе Стойкого оловянного солдатика, Гадкого утёнка, Дюймовочки или Ели, Соловья и Студента, — словно сами Андерсен или Уайльд из нездешних миров нашёптывают о судьбах своих героев именно ей.

Великая театральная актриса Бабанова не случайно, мне кажется, прожила долгие годы вне театра. Художественный масштаб её личности всегда был значительнее любого из театров, в которых она служила. Она сама была воплощением Искусства, невысокой Богиней, обитающей в собственном Храме…

Бессмыслены театральные споры о том, кто её создал — Мейерхольд, Охлопков или ещё кто-то. Она была совершенным произведением Бога и самой себя.

В наше время торжества интеллектуального разврата мне очень не хватает мнимой простоты Бабановского «ля». Его хочется слышать, в него хочется вслушиваться постоянно.

Ольга Конодюк.
Почему актриса Бабанова на всю жизнь осталась верна своему Мастеру — Мейерхольду?

Роль Тани в одноименной пьесе Алексея Арбузова была для Марии Ивановны Бабановой любимой. Ее она сыграла более тысячи раз. Эта роль описана во всех учебниках по истории театра, в десятках театральных мемуаров. Она специально создавалась «под нее», Бабанову. И ей казалось, что со сцены она рассказывает о себе.

Как любила мужчину до самозабвения, но, узнав, что он любит другую женщину, нашла в себе силы уйти и все начать в жизни сначала… От голоса Бабановой «обмирал» зал, ее не просто любили, ей подражали во всем: вязали такие же шапочки, какую носила ее Таня, копировали ее походку, жесты, платья. Зрительницы, покидая зрительный зал, прятали заплаканные глаза. А актриса продолжала мучиться от своей непоказной боли и страданий на сцене, стояла за кулисами, и вокруг нее было «защитное» поле, куда никто не мог войти.

Бабанова чувствовала родство со своей героиней, лишившись своего Учителя и кумира, была одинокой, такой же, как Таня…

Бабановой было тридцать пять лет, когда ее, приму театра Революции, позвал для беседы семидесятилетний Станиславский. От страха она согласилась прийти только на третий день. Константин Сергеевич при встрече преподнес актрисе ветку нежной белой сирени (среди зимы), которую она потом укрывала полой шубки от мороза, когда возвращалась домой. Щеки актрисы горели от волнения. Станиславский предлагал ей работу в Художественном театре (сам он уже не ставил спектакли). Бабанова неожиданно для себя прямо и жестко ответила: «Другие режиссеры меня не интересуют».

В 1922 году, когда она пришла в мастерские Мейерхольда (на базе которых потом вырос ГИТИС), он был против того, чтобы взять ее. От Бабановой никто не требовал декламации басен и чтения прозы, она двигалась в своей пантомиме, как завороженная, изредка поднимая на комиссию голубые глаза. Мейерхольд сказал: «Учить ее, пожалуй, нечему, да и вряд ли возможно… Она сейчас может занять видное место на любой сцене». Он бы и не взял ее, но кто бы тогда играл в пьесе, которую он собирался репетировать?

Мастер никогда «не ставил» на Бабанову, не выстраивал свои композиции вокруг нее, однако актриса сразу заняла центральное место в его театре. К этому времени Мейерхольд уже успел поставить 170 спектаклей в Петербургском театре имени В.Ф. Комиссаржевской. Он воплощал в жизнь новую художественную программу, связанную с поэтикой символизма, стилистикой условного театра.

Каким же ветром «занесло» Бабанову в искусство? Разве что однажды знакомая семьи, услышав ее мелодичный голос, весело сказала: «С таким голосом надо в театр идти!»

Муся (детское имя Бабановой) родилась в Замоскворечье в обычной рабочей семье. Девочка жила у бабушки, властной и деспотичной женщины, к родителям ходила в гости. Дома было невесело, ребенку все запрещали, наказывали за всякую провинность. Хорошо, что рано отдали учиться. Маша тайком читала книги, читала запоем. Участвовала в утренниках, любительских спектаклях к общему удивлению и неодобрению родных и близких. Она уже училась в Коммерческом институте, когда вышла замуж за своего бывшего школьного товарища. Ей нужны были независимость и свобода. И Бабанова все это получила. Брак скоро распался. У нее были еще потом два мужа, оба из театрального мира. Но любить… она их не любила. Бабанова смолоду не признавала богемных кутежей, посиделок и гулянок. Ценила общество умных мужчин. Но любила подурачиться у кого-нибудь на даче, поиграть в снежки, посидеть у самовара, скрестив руки на груди.

Маша всегда считала себя несчастной максималисткой. Как на сцене, так и в жизни. Ее преданность Мастеру не знала границ.

У Всеволода Эмильевича Мейерхольда актеры носились по конструкциям. Бабанова собой гордилась. Она с ходу прыгала сразу через шесть стульев. Актриса могла в одно мгновение сбежать по скату с десятиметровой высоты, ногой открыть дверь и тут же оказаться перед зрителями. Мария Ивановна играла роль за ролью, чувствуя за спиной пристальный и любопытный взгляд Мастера, улыбаясь от радости, слыша его раскатистое «хор-рошо».

Когда в театр пришла Зинаида Райх, которая вскоре стала ведущей актрисой в труппе, а потом и женой Мастера, оттеснив на задний план примадонну Бабанову, Мария Ивановна поняла, что это навсегда. Каждый день видеть счастливую соперницу ей было не по силам. От Мейерхольда стали уходить актеры. Из-за невинной шутки в адрес Зинаиды Райх покинул театр актер Николай Охлопков, к которому позже в театр попадет и Бабанова. Бабанова прошла через унизительные объяснения с Мастером – письменные и устные. Вот одно из них: «Мои чувства к театру и вам неизменны – большего мне в жизни нет и не нужно, а ваше ко мне отношение дороже мне тех работ, которые я от вас получаю. М. Бабанова». Это было противостояние Женщины и Актрисы. Женщина выиграла. Мастер написал ей записку о невозможности больше работать с ней. И тогда она решилась покинуть театр.

В театре Революции (с 1954 года театр им. Маяковского) Бабанову встречают с радостью. Она играет Шекспира, Островского, Горького, Чехова, Достоевского, Погодина, Арбузова. В первые годы Мария Ивановна играет по 24 спектакля в месяц. В своем дневнике она пишет: «В те годы я играла с наслаждением». Ее голос, такой особенный, узнаваемый, звучал по радио. Бабанова читала Андерсена, Уайльда, Экзюпери. Кто-то из ее современников сказал, что «она была совершенным произведением Бога и самой себя».

Мария Ивановна Бабанова ушла из жизни 20 марта 1983 года, 25 лет назад. Она пережила своего кумира на сорок три года, никогда ни в чем, не упрекнув его.

«Когда-нибудь, когда уже не станет нас, когда пройдет, кончится наша беспокойная, суетная, деятельная, утомительная и целеустремленная, несчастная и счастливая жизнь – все также таинственно, лукаво и повелительно будет звучать удивительный голос Бабановой – голос самой Сказки»

Print Friendly

Коментарии (0)

› Комментов пока нет.

Добавить комментарий

Pingbacks (0)

› No pingbacks yet.