АДОНИС В ИСКУССТВЕ

Адонис или Адонид (древнегреческое Ἄδωνις, от финикийского ʾadōnī — мой господин) - древнегреческое божество финикийско-сирийского происхождения, олицетворяющее ежегодный цикл умирания и возрождения природы.

Адонис. Копия XIX века греческой бронзовой скульптуры найденой в Помпеях.  Национальный археологический музей в Неаполе.

Адонис. Копия XIX века греческой бронзовой скульптуры найденой в Помпеях. Национальный археологический музей в Неаполе.

Существует множество вариантов мифа об Адонисе. Но в целом его канва выглядит следующим образом:

Адонис — по Гесиоду сын Феникса и нимфы Алфесибеи (в других вариантах — по Паниасиду ассирийского царя Фианта и его дочери Смирны (Мирры), кипрского царя Кинира и его дочери Смирны (Мирры), сын Кинира и Метармы).

Богиня Афродита (Венера), рассердившись на будущую мать, внушила ей страсть к родному отцу, который вступил с ней в связь не подозревая своего отцовства. Боги превратили несчастную в мирровое дерево, из треснувшего ствола которого рождается ребенок — Адонис. Затем Афродита передает младенца в ларце на воспитание Персефоне, не пожелавшей в дальнейшем расстаться с ним. Спор богинь разрешает Зевс (или Каллиопа от имени Зевса), назначивший Адонису часть года проводить в царстве мертвых у Персефоны, а другую часть на земле с Афродитой. Таким образом, Адонис стал спутником и возлюбленным Афродиты. Согласно греческому писателю IV века до н. э. Харету из Митилены, детьми Афродиты и Адониса были Гистапс и Зариадр.

Разгневанная оказанным Афродите предпочтением, Артемида насылает на Адониса дикого кабана, который смертельно его ранил. По другим версиям — Адонис жертва гнева Аполлона который отомстил таким образом Афродите за ослепленного ею сына Аполлона Эриманфа, или ревнивого любовника богини Ареса.

Афродита оплакала Адониса на Идалийской горе. Она прятала его труп в латуке. По воле Афродиты он вернулся из подземного царства, и был превращен в цветок анемон (либо из крови Адониса возникли розы, а из слёз Афродиты анемон).

По одной из версий мифа Адонис был также возлюбленным Диониса.

Феокрит.

Смерть Адониса.

Перевод М. Грабарь-Пассек.

(Фрагмент).

Адониса Киприда

Когда узрела мертвым,

Со смятыми кудрями

И с ликом пожелтелым,

Эротам повелела,

Чтоб кабана поймали.

Крылатые помчались

По всем лесам и дебрям,

И был кабан ужасный

И пойман и привязан.

Один эрот веревкой

Тащил свою добычу,

Другой шагал по следу

И гнал ударом лука.

И шел кабан уныло:

Боялся он Киприды.

Сказала Афродита:

«Из всех зверей ты злейший,

Не ты ль, в бедро поранив,

Не ты ль убил мне мужа?»

Адонис — одна из самых сложных культовых фигур античности. Он символизировал не только мужскую красоту, но также смерть и обновление природы.

Пьер Поль Прюдон. Адонис. 1810 г.

Пьер Поль Прюдон. Адонис. 1810 г.

Корни мифа об Адонисе уходят в эпоху неолита, когда подобные верования получили широкое распространение в связи с развитием земледелия и являлись элементом культа Богини-матери.

Сходные мифы мы находим у хеттов  (миф о боге растительного мира Телепинусе, зимой покидающем землю, в которой замирает жизнь, чтобы весной вернуться снова) и в Вавилоне (миф о богине любви Иштар и прекрасном Таммузе, который умирал каждой осенью, а весной восставал из мертвых).

Джеймс Фрэзер и вовсе полагал полагал, что настоящее имя божества было Таммуз, а Адон (Адонис) всего лишь семитское обращение к божеству.

Таммуз и Иштар.

Таммуз и Иштар.

Первоначально Адонис был финикийским богом плодородия, олицетворявшим ежегодное умирания и оживления природы. Можно предположить, что это была местная версия Ваала, которой поклонялись в Угарите.

Согласно Лукиану, в финикийском Библе было святилище Афродиты, где происходили оргии в его честь. Первый день был посвящён плачу — в Библе в знак траура все женщины должны были обрить голову. Те же, которые не пожелали  сделать этого, выставлялись «на один день для пользования их чужестранцами. Плата поступает на жертвоприношение Афродите».

На следующий после траурных церемоний день здесь праздновали воскрешение Адониса, сопровождавшееся криками: «Жив, жив Адонис! вознесся на небо!»

Лукиан также сообщает о реке Адонис, которая ежегодно окрашивается в красный цвет, когда, по преданию, в горах Ливана гибнет Адонис.

Страбон также сообщал, что Адонис был самым популярным богом в Библе. Неподалеку от города показывали его могилу. Центром почитания Адониса был город Афак в Ливанских горах в одном дне пешего пути от Библа.

Лукиан из Самосаты.

О Сирийской богине.

Перевод С. С. Лукьянова.

(Фрагмент).

В Библе я видел великое святилище Афродиты Библосской, в котором справляются оргии в честь Адониса. Я ознакомился и с ними. Говорят, что эти оргии установлены в честь Адониса, раненного в этой стране вепрем; в память о его страданиях местные жители ежегодно подвергают себя истязаниям, оплакивают Адониса и справляют оргии, а по всей стране распространяется великая печаль. Затем, прекратив удары и плач, они приносили жертву Адонису, как умершему. На следующий день они рассказывают, что он жив и удалился на небо; в то же время они бреют себе головы, как египтяне, когда умирает Апис…

Миф об Адонисе с различными модификациями распространился из Финикии на все средиземноморские страны и в частности на Сирию, Египет, на острова Кипр и Лесбос.

Согласно утверждению Фотия и Псевдо-Аполлодора именно с Крита культ Асдониса попал в материковую Грецию. Ориентировочно это произошло в шестом-пятом веках до нашей эры, на что указывают изображения праздника в греческой вазописи. А самые ранние письменные свидетельства культа в Греции встречается у Сафо (VI век до н. э.) и Праксиллы из Сикиона (V в. до н. э.).

Впрочем существует мнение, что эллинистический миф об Адонисе представляет собой сплав двух независимых традиций – семитской и греческой.

Адонис и Афродита в окружении Харит (Граций) и Эротов (Купидонов, Амуров).  Мозаика «зала Ипполита», Мадаба, Иордания.

Адонис и Афродита в окружении Харит (Граций) и Эротов (Купидонов, Амуров).
Мозаика «зала Ипполита», Мадаба, Иордания.

Уникальной особенностью культа Адониса является то, что его исповедовали исключительно женщины. Так в Аргосе женщины оплакивали Адониса в особом здании.

 На этом основании французский историк Жюль Мишле полагал что Адонис относился к группе оргиастических богов, которым в Риме поклонялись в основном рабы и женщины. А крупнейший исследователь древнегреческой религии немецкий историк и филолог Вальтер Буркерт писал: «В Греции особая роль культа Адониса заключалась в возможности бесконтрольного выражения эмоций в строго ограниченной жизни женщин».

В древней Греции и ряде  культур Западной Азии существовал особый ежегодный праздник в память о смерти и воскресении Адониса – «Адония» (древнегреческое — Ἀδώνια), связаный с годовым циклом вегетации и плодоношения. Согласно Аммиану Марцеллину (вторая половина IV в. н. э.), праздник Адония был «символом жатвы созревших злаков».

Праздник Адониса. 430-420 до н.э.

Праздник Адониса. 430-420 до н.э.

Время проведения «Адония» варьировалась в разных регионах. Так в Библе праздник, возможно, справлялся весной, поскольку время его проведения определялась изменением цвета реки Адонис, которое происходит в весенние месяцы, когда красная глина, смытая с гор дождем, придает речной воде кроваво-красный оттенок. А кроме того это время цветения алых анемонов. В Библе в храме Астарты такие «Праздники Адониса» проходили ежегодно.

В Афинах «Адония» также отмечался весной или согласно свидетельству Фукидида в день летнего солнцестояния.

В Антиохии и Александрии его отмечали летом.

Продолжительность праздника также варьировалось в зависимости от региона — от двух до семи дней.

В различных регионах ритуалы «Адония» отличались в деталях, и таким образом существовало несколько весьма сильно различающихся сценариев праздника в честь Адониса. Но в целом схема проведения выглядела следующим образом:

В первый день праздника все участвующие в траурных одеждах оплакивали смерть Адониса и исчезнувшую вместе с ним растительность. В лесу срубали сосну, которую перебинтовывали шерстяными повязками (как труп человека во время погребальной церемонии) и обкладывали венками из фиалок (роз или анемонов). К середине ствола привязывали статую Адониса из воска или глины. Распустив волосы обнаженные женщины несли по улицам это дерево и статуи Адониса и бросали их в море или в реку. Громко рыдая, они танцевали и пели печальные гимны в сопровождении звуков короткой финикийской флейты (используемой обычно в похоронных церемониях) издававшей пронзительный визжащий звук. В целом ритуал повторял погребальные обряды.

В Афинах во время праздника в честь Адониса под плач и погребальные песни также повсюду выставлялись изображения умерших.

В Александрии праздник начинался со свадебной процессии Адониса и Афродиты. Изображение Афродиты и Адониса помещали для всеобщего обозрения на двух ложах. Рядом раскладывали спелые плоды, ставили горшки с растениями, устраивали зеленые беседки, перевитые анисом. Феокрит так описывает «выставление тела Адониса» во время этого праздника в Александрии (Идиллия XV): «Сам как красиво лежит на серебряном ложе — первый пушок с висков его ниспадает — трижды любимый Адон, и за Ахеронтом любимый… Рядом лежат плоды (яблоки или гранаты), рядом и нежные сады, посаженные в серебряных корзиночках…».

 Наутро следующего дня следовала траурная церемония. Женщины с распущенными волосами и обнаженной грудью несли изображение мертвого Адониса на берег и бросали его в море. Возможно, что на эти ритуалы эпохи Птолемеев оказал влияние египетский культ Осириса.

В остальные дни — праздновали возвращение Адониса на землю. Празднество приобретало характер оргий с танцами и пирами.

Согласно Лукиану («О сирийской богине») библосский ритуал в честь Адониса также подразумевал священную проституцию.

Жозе Мариа де Эредия.

Пробуждение бога.

Жестокой горестью и плачем исступлен,

Терзая с воплем грудь и повторяя пени,

Хор финикиянок, в унынье песнопений,

Свершает шествие неспешных похорон.

На ложе, посреди цветущих анемон,

Ресницы длинных глаз смежив для смертной тени,

Покоится в волне бальзамов и курений

Прекрасный юноша, любовь сирийских жен.

Так до утра их сонм толпился долгим стоном.

Но пробуждается, кропимый киннамоном,

Астартой призванный таинственный супруг.

Бессмертно молодой, он воскрешен любовью!

И небо, розою расцветшее вокруг,

Горит Адониса заоблачною кровью.

Особым элементом «Адония» был ритуал получивший название «Сады Адониса» (греческое — Οι κήποι του Άδωνη). Семена быстро прорастающих растений (пшеницы, ячменя, салата, укропа, фенхеля и различных видов цветов) высаживали в корзинах, плоских горшках или даже просто в обломках глиняной посуды. Сосуды с саженцами размещали на крышах домов, чтобы они быстрее росли под воздействием солнечных лучей. (Так изображения на греческих вазах показывают женщин, носящих «Сады Адониса» по лестницам на крышу). С этой же целью их ежедневно поливали. Существует гипотеза, что их поливали вином вместо воды, чтобы они быстро вяли, не дав плодов. В течение восьми дней женщины ухаживали за ними.  А в конце праздника «Сады Адониса» бросали в море или реку, иногда вместе с изображением Адониса.

С введением земледелия поднимается значение сына в патриархальной семье. Он позволяет себе дать повое выражение своему инцестуозному либидо, находящему свое символическое выражение в обработке матери-земли. Возникают образы богов Адониса, Таммуза и других богов произрастания и в тоже время юношей, пользующихся любовной склонностью материнских божеств и осуществляющих инцест с матерью на зло отцу. Однако сознание вины, которое не могут заглушить эти новые творения, находит свое выражение в мифах, приписывающих этим молодым возлюбленным матерей-богинь короткую жизнь и наказание кастрацией или гневом Бога-отца, принимающего образ животного. Зигмунд Фрейд.

В VI веке до нашей эры приверженцы орфизма (мистического учения в Древней Греции и Фракии) отождествляли Адониса с Дионисом

В. Шекспир.

 Сонет 53.

Перевод С. Маршака

 

Какою ты стихией порожден?

Все по одной отбрасывают тени,

А за тобою вьется миллион

Твоих теней, подобий, отражений.

 

Вообразим Адониса портрет, -

С тобой он схож, как слепок твой дешевый.

Елене в древности дивился свет.

Ты — древнего искусства образ новый.

 

Невинную весну и зрелый год

Хранит твой облик, внутренний и внешний:

Как время жатвы, полон ты щедрот,

А видом день напоминаешь вешний.

Все, что прекрасно, мы зовем твоим.

Но с чем же сердце верное сравним?

Сохранились свидетельства того, что культ Адониса сохранялся в ряде регионов еще в средние века.

Существует весьма обоснованная точка зрения, что христианство адаптировало культ Адониса, наложив его на фигуру Христа. Святой Иероним писал, что город Вифлеем, в котором родился Иисус, «находится в тени рощи еще более древнего бога, Адониса, и там, где проливал слезы младенец Иисус, был оплакан возлюбленный Венеры». (Впрочем, Иероним, видимо, полагал, что роща Адониса была посажена язычниками после рождения Христа для того, чтобы осквернить святое для христиан место). Созданный греческими скульпторами образ скорбной богини, держащей на руках своего умирающего возлюбленного, весьма напоминает изображения в христианском искусстве скорбящей богоматери с телом мертвого Спасителя на коленях, а возможно является и их прототипом.

В восемнадцатом веке сторонники мифологической школы  даже отождествляли образ Адониса с Иисусом Христом.

Хендрик Гольциус. Умирающий Адонис.

Хендрик Гольциус. Умирающий Адонис.

Образ Адониса дошел до нашего времени как имя нарицательное -  привлекательных молодых мужчин и по сей день нередко называют Адонисами.

Неудивительно, что в психоаналитической теории существует «Комплекс Адониса» — параноидальное недовольство мужчин своим телом и постоянное стремление его совершенствовать (наращивать мышечную массу путем спортивных тренировок, искусственным путем с помощью стероидов). В профессиональной литературе по психиатрии подобное искаженное восприятие своего тела называют мышечной дисморфией.

А в бодибилдинге – «Поясом Адониса» называют совмещение развитых мышц нижней части пресса (характерной V-образной формы) и боковых абдоминальных мышц на уровне талии.

Иван Крылов.

К счастью.

(Фрагмент)

Пускай вздыхает Адонис,

Пусть за победами он рыщет;

Напрасно целый век просвищет:

Он в Мессалинах скромность сыщет

И встретит святость у Лаис…

Миф о смерти и возрождении Адониса занимает видное место в мировой художественной культуре.

Так в литературе миф об Адонисе нашел свое отражение уже в античной поэзии. Причем античные поэты творчески переработали его.

Но собое место он занимал в женской поэзии Эллады. Стихи об Адонисе мы находим среди произведений Сафо (первая половина VI в. до н. э.) и Праксиллы из Сикиона (V в. до н. э.).

Черепок с фрагментом рукописи Сафо.

Черепок с фрагментом рукописи Сафо.

Сафо

 Плач по Адонису.

Перевод Вячеслава Иванова.

Что, Киприда, творить,

Нам повелишь?

Никнет Адонис,

Нежный Адонис!

 

«Бейте в перси, взрыдав,

Девы, по нем!

Рвите хитоны!

Умер Адонис!»…

 

Плащаницей льняной

Ты повила

Тело, богиня!..

О, мой Адонис!

Из произведений Праксиллы сохранились лишь незначительные отрывки дифирамбов в честь Ахилла и Адониса. От первого· дифирамба сохранная только один стих, от второго — три:

«Вот что прекрасней всего из того, что я в мире оставил:

Первое — солнечный свет, второе — блестящие звезды

С месяцем, третье же — яблоки, спелые дыни и груши».

Этот забавный, шутливый контраст в словах Адониса, сошедшего в царство мертвых, так понравился грекам, что даже сложилась поговорка: «Ты ребячливее Адониса Праксиллы» (Зенобий IV, 21).

Стихи, посвященные Адонису, мы находим и у поэта III века до н.э. Эвфориона Халкидского.

«Метаморфозы» («Μεταμορφώσεων Συναγωγή») древнегреческого грамматика Антонина Либерала (II—III в. н. э.) это сборник, который включает сорок один короткий рассказ о мифических метаморфозах, причем каждый посвящен какому-нибудь одному персонажу или событию. Источником для автора была преимущественно эллинистическая поэзия, однако его труд написан не в стихах, а в прозе. До наших дней дошла лишь одна рукопись «Метаморфоз», относящаяся к концу IX века.

Но особо полюбился образ Адониса древнегреческим поэтам писавшим в жанрах идиллии и элегии. Так мы находим посвященные ему стихи у Биона (II или III в. до н. э.).

Бион.

 Надгробная песнь Адонису.

(Фрагмент).

   Ложе твое пусть займет, Киферея, прекрасный Адонис:

   Он ведь и мертвый прекрасен; прекрасен, как будто уснувший;

   В мягких одеждах его положи почивать благолепно,

   В коих с тобою вкушал он глубокою ночью священный

   Сон на ложе златом.

Другой древнегреческий поэт Феокрит (III в. до н.э.), также посвятил немало строк Адонису. В его «анакреонтическом» стихотворении, посвященном смерти Адониса, Венера вопрошает вепря убившего ее возлюбленного «Зачем ты это сделал?». Вепрь оправдывается тем, что он вовсе не хотел его убить – обольщенный его красотой, он лишь «хотел лишь запечатлеть поцелуй на его белом теле…».

Особенной известностью пользуется XV идиллия Феокрита «Сиракузянки, или женщины на празднике Адониса».

Вильям Рассел Флинт. Иллюстрация к идиллии Феокрита «Сиракузянки, или женщины на празднике Адониса».

Вильям Рассел Флинт. Иллюстрация к идиллии Феокрита «Сиракузянки, или женщины на празднике Адониса».

Неизвестный древнегреческий писатель Псевдо-Аполлодор, ошибочно отождествлявшийся с Аполлодором Афинским в своей «Мифологической библиотеке», представлявшей собой большое собрание традиционной греческой мифологии и героических легенд, дал одно из наиболее полных изложений мифа об Адонисе. Он позаимствовал его у Паниасида Галикарнасского, писавшего в начале V века до н.э. Сохранилась лишь часть этого произведения, да и то не в оригинале, а переписанная для библиотеки кардинала Виссариона в XV веке.

Образ Адониса получил в древнегреческой поэзии столь широкое распространение, что как считается, из гимнов на смерть Адониса даже возник особый «Адониев стих» (Ἀδώνιος) — пятисложный стих античной метрики.

Но наиболее подробное изложение мифа принадлежит древнеримскому поэту Овидию (Публию Овидию Назону) — автору поэмы «Метаморфозы». «Метаморфозы» («Metamorphoses») - это поэма в пятнадцати книгах, повествующая о различных превращениях, произошедших со времени сотворения мира, согласно греческой и римской мифологиям. Миф об Аднисе подробно изложен в Х книге «Метаморфоз».

Овидий. «Метаморфозы». Обложка издания 1632 года.

Овидий. «Метаморфозы». Обложка издания 1632 года.

Овидий представляет Адониса прежде всего как идеал красоты. Его любит сама Венера. Их любовь изображена как ничем не омраченная идиллия. Овидий упростил внешнюю сторону сюжета, но насытил его внутренним драматизмом. Хотя история об Адонисе изложена в «Метаморфозах» далеко не полностью, но именно рассказ Овидия стал основным источником последующего развития образа в европейской литературе.

Овидий.

Метаморфозы.

Перевод С. В. Шервинского

(Фрагмент).

«Вашим правам, — говорит, — останется памятник вечный

Слез, Адонис, моих; твоей повторенье кончины

Изобразит, что ни год, мой плач над тобой неутешный!

Кровь же твоя обратится в цветок. Тебе, Персефона,

Не было ль тоже дано обратить в духовитую мяту

 

Женщины тело? А мне позавидуют, если героя,

Сына Кинирова, я превращу?» Так молвив, душистым

Нектаром кровь окропила его. Та, тронута влагой,

Вспенилась. Так на поверхности вод при дождливой погоде

Виден прозрачный пузырь. Не минуло полного часа, —

 

А уж из крови возник и цветок кровавого цвета.

Схожие с ними цветы у граната, которые зерна

В мягкой таят кожуре, цветет же короткое время,

Слабо держась на стебле, лепестки их алеют недолго,

Их отряхают легко названье им давшие ветры.

Второе дыхание миф об Адонисе обрел в эпоху Возрождения.

Паоло Веронезе. Венера и Адонис.

Паоло Веронезе. Венера и Адонис.

Нидерландский поэт Иоанн Секунд (Ян Эверартс) известен в первую очередь своим сборником «Поцелуи» («Basia») написанным около 1535 года (издан в 1539 году) на латинском языке. Он состоит из девятнадцати полиметрических поэм, созданных под влиянием поэзии Катулла. Это девятнадцать вариаций на тему поцелуя, одна из которых посвящена мифу об Адонисе и Венере.

Иоанн Секунд.

Из книги «Поцелуи».

(Фрагмент)

Перенеся на Киферу Аскания-внука, Венера

Спящему стлала ему нежных фиалок ковер:

Распространяла кругом покровы из роз белоснежных,

Благоуханиями местность кропила вокруг.

Словно воскресло в душе к Адонису прежнее пламя,

В члены глубоко опять вкрался знакомый огонь.

О, сколько раз хотела обнять она шею у внука!

О, сколько молвила раз: был мой Адонис таков!

Но не решалась смутить младенца покой безмятежный

И поцелуев дала тысячу — розам кругом.

И запылали цветы, а губы влюбленной Дионы

Шепотом веют на них, легким дыханием уст!..

А в Италии шестнадцатого века появились многочисленные переводы с латыни  произведений о Венере и Адонисе, в частности венецианской гуманист Лодовико Дольче перевел «Метаморфозы» Овидия.

Томмазо Гуардати, писавший под именем Мазуччо Салернитанец (уменьшительное от Томмазо) упоминает Адониса в своей книге «Новеллино» («Novellino») впервые напечатаной в Неаполе в 1476 году. «Новеллино» содержит пятьдесят новелл, разделенных на пять декад, каждая из которых имеет пролог и заключение. Книга носила ярко выраженный антиклерикальный характер. Авторской рукописи «Новеллино» не сохранилось. В XV — начале XVI века «Новеллино» издавался двенадцать раз, главным образом в Венеции. В 1564 году книга Мазуччо была внесена в «Индекс запрещенных книг». После этого полный текст книги увидел свет лишь в 1874 году, когда его издал и откомментировал известный историк итальянской литературы Луиджи Сеттембрини.

Упоминается Адонис и в романе поэта и писателя Якопо Саннадзаро «Аркадия» опубликованом в 1504 году.

Сюжет античной легенды был использован итальянскими поэтами Анджело Амброджини (по прозвищу Полициано), Джироламо Парабоско, Луиджи Грото и Торквато Тассо.

Особая популярность выпала на долю поэмы «Адонис», написаную в 1623 году поэтом Джанбаттиста Марино. За основу им была взята история любви Венеры и Адониса из «Метаморфоз» Овидия.

Джанбаттиста Марино. Поэма «Адонис».

Джанбаттиста Марино. Поэма «Адонис».

Эта весьма чувственная поэма в сорок пять тысч строф знаменовала в итальянской литературе переход от маньеризма к барокко. Ее декоративность, быстрые смены сцен, неожиданные появления людей и богов приближают «Адониса» к театру эпохи барокко.

Первое издание поэмы вышло в 1623 году в Париже с посвящением Людовику XIII и с предисловием французского писателя Шаплена. После смерти Марино книга была надолго занесена в Индекс запрещенных книг за непристойное содержание.

Джованбаттиста Марино.

Адонис, VIII

(Фрагмент)

Он на краю постели различает

сатира, что, охвачен вожделеньем,

украдкой с нимфой юною вкушает

живейшее из плотских наслаждений.

Одной рукой он нежный бок ласкает,

что бел и шелковист на удивленье,

другой же норовит рукой нескромной

коснуться части более укромной…

                              

Змеей коварной в сердце проникает

блаженство от увиденного срама

и юношу на рабство обрекает

Амуру, чудотворцу и тирану.

Ведь образ сладострастья разжигает

в смотрящем вожделенье, и не странно,

коль страсть путем, естественным для тела,

спешит излиться за его пределы.

 

Богиня же, любовными узлами

опутавшая сердце, насмехаясь,

и острыми словами, и делами

язвит и искушает, издеваясь.

«Плоды мечтаний ваших ныне с вами, -

речет, к чете счастливой обращаясь, –

оплаченные вздохами и плачем.

Блажен любимый, любящий – тем паче.

Ведущий поэт польского барокко Ян Анджей Морштын перевел «Адониса» Марино на польский язык, сыграв тем самым роль первооткрывателя темы в родной литературе.

Аннибале Карраччи. Венера, Адонис и Купидон. 1595 г.

Аннибале Карраччи. Венера, Адонис и Купидон. 1595 г.

В Испании культура Возрождения ориетировалась на Италию. Отсюда обращение к античности как характерная черта испанской культуры этой эпохи.

Уже в конце XVI века в Испании стали появляться книги, истолковывающие античные образы аллегорически, главным образом в морализаторском ключе. Таковы «Тайная философия, в которой в фабульных историях содержится доктрина, полезная для всех штудий. О происхождении идолов, или богов, язычества. Это материал, предельно необходимый для понимания поэтов и историков» Хуана Переса де Мойи (1585 г.) и   «Метаморфозы Овидия на испанском языке в пятнадцати книгах с аллегориями в конце и их изображениями для пользы художников» — автор пролога и комментариев Педро Бельеро (1595 г.).

Широкое распространение получил образ Адониса в испанской поэзии. Так испанский поэт эпохи барокко Хуан де Тассис-и-Перальта, граф Вильямедьяна свое пристрастие к античным мифологическим сюжетам выразил в поэтической обработке легенды о любви Венеры и Адониса для которой характерна весьма пышная орнаментация.

Реформатор испанской поэзии Гарсиласо де ла Вега в 1543 году в «Третей Эклоге» («Égloga III») в стихах 179-193 также разрабатывает сюжет мифа о Венере и Адонисе. Их сюжетная основа спор между Венерой и Персефоной.

Поэт Диего Уртадо де Мендоса являвшийся проводником итальянского влияния в испанской литературе XVI века обращался к образу Адониса дважды в поэмах по мотивам Овидия «Сказание об Адонисе» («Fábula de Adonis»),  и «Гипомен и Аталанта» («Hipomenes y Atalanta»).

Другой испанский поэт и драматург Хуан де ла Куэва – автор мифологической поэмы «Плач Венеры на смерть Адониса» («Llanto de Venus por la muerte de Adonis», 1582 г.). В его интерпретации кабан убивший Адониса, ни кто иной, как бог войны Марс, который решил отомстить ему за то, что тот принял любовь Венеры.

Несколько поэм на ту же тему появилась в Испании  и в семнадцатом веке, в частности поэма Алонсо де Батреса «Идиллия об Адонисе и Венере» («Idbula de Adonis у Venus») и Хуана де Монкайо «Венера и Адонис» («Venus y Adonis»).

Антонио Темпеста. Смерть Адониса. Около 1593 г.

Антонио Темпеста. Смерть Адониса. Около 1593 г.

К мифу о Венере и Адонисе обращается в третье книге аллегорической рыцарской поэмы «Королева фей» («The Faerie Queene» — песнь VI) английский поэт Эдмунд Спенсер. Первое издание поэмы в трёх книгах вышло в 1590 году.

Эдмунд Спенсер.

 Королева фей.

Книга   третья. Песнь VI.

(Фрагмент)

 

Адонис тоже умер, говорят,

Хоть неизвестно, где его могила;

Глотает ночь забвенья всех подряд

И никого ещё не пощадила;

Однако же Венера победила;

Пускай со всеми канул он во тьму,

Изменчивость — целительная сила,

Хотя за ней не уследить уму;

Меняя образы, он жизнь даёт всему.

В 1592 году в Лондоне в одном из первых сборников сонетов на английском языке «Diana» («Диана») английского поэта Генри Констебля было опубликовано его стихотворение «Venus and Adonis» («Венера и Адонис»). В 1600 году это стихотворение было включено в антологию «England’s Helicon». По мнению одного из классиков английской эссеистики Уильяма Хэзлитта произведение Констебля «самый красивый образец ранней английской лирики».

Содержат аллюзии на Адониса и произведения других английских поэтов, в частности Роберта Грина, Кристофера Марло, Томаса Лоджа.

Но первым в английской литературе кто полноценно обработал сюжет мифа о Венере и Адонисе стал Вильям Шекспир в своей поэме «Венера и Адонис» («Venus and Adonis»). Поэма была впервые опубликована в 1593 году. В 1594 году Шекспир посвятил ее Генри Ризли граф Саутгемптону.

При жизни Шекспира это было самое популярное из его печатных произведений. К моменту смерти автора вышло не менее десяти изданий поэмы.

Титульный лист издания поэмы Шекспира «Венера и Адонис».  1593 г.

Титульный лист издания поэмы Шекспира «Венера и Адонис».
1593 г.

Сюжетно поэма «Венера и Адонис» восходит к «Метаморфозам» Овидия. Вкратце ее сюжет таков: Адонис готовится к охоте. Венера всячески пытается соблазнить его. Между ними разгорается страсть, но Адонис полагает, что он слишком юн для любовных романов и ему интереснее охота. Вскоре Адонис погибает из-за несчастного случая во время охоты.

Поэма Шекспира имеет сложную калейдоскопическую структуру с использованием меняющегося тона и перспективы с целью отражения разных, противоположных друг другу взглядов на сущность любви. Его нововведение состояло в том, что Адонис отказывался от предложений Венеры. Другое новшество заключалось в том, что он использовал аристотелевский принцип единства действия: все события происходят в одном месте, длятся с утра до утра и сфокусированы на двух героях.

Поэма «Венера и Адонис»  весьма эротична и более того ее эротические пассажи самые откровенные во всём шекспировском творчестве.

Вильям Шекспир.

     Венера и Адонис.

Перевод А. И. Курошевой.

(Фрагмент).

Едва лишь солнце, лик явив багряный,

С зарею плачущей простилось вновь,

Охотиться Адонис стал румяный:

Любил он травлю, презирал любовь.

Его, спеша, Венера настигает,

Как волокита дерзкий, обольщает

И говорит: «О, лучший цвет полей,

Меня прекрасней втрое, несравненный,

Румяней роз, белее голубей,

Укор для нимф, прелестней плоти тленной;

Природа предрекла, создав тебя:

Лишь ты умрешь, погибнет мир, любя.

«Не откажи мне спешиться, о диво,

И привяжи к луке узду коня;

За то в награду ты узнаешь живо

Сладчайшие все тайны от меня.

Здесь сядь, где змей шипенье незнакомо:

Тебя, целуя, задушу истомой.

Но не пресыщу губ твоих, — верней

Средь изобилья сытость позабудут;

Ста поцелуев будет мой длинней,

А сто их одного короче будут;

Нам летний день покажется за час,

В такой утехе пролетев для нас».

Тут, влажной завладев его рукою,

Сил воплощеньем жизненных, она

Целебной для богинь росой земною

Ее зовет, дрожа, возбуждена.

Желанье множит силы опьянелой:

Его с коня она срывает смело.

В одной руке ее была узда,

И привлекала юношу другая;

Краснеет он с досады и стыда,

К такой игре охоты не питая.

Она, как уголь пламенный, красна,

Он красен от стыда, но кровь хладна.

Поэма Шекспира породила массу подражаний и даже пародий. Так британский сатирик Джон Марстон пародирует поэму «Венера и Адонис» в своих «Метаморфозах образа Пигмалиона».

Питер Пауль Рубенс. Венера и Адонис. Около 1610 г.

Питер Пауль Рубенс. Венера и Адонис. Около 1610 г.

В ренессансной поэзии Франции миф об Адонисе и не пользовался столь большой популярностью как в Италии и Англии.

Впервые поэма Овидия «Метаморфозы» в гравюрах была напечатана в Париже в 1676 году в переводе любимого поэта короля Людовика XIV Исаака де Бенсерада. Рисунки для нее делал известный французский живописец Шарль Лебрен. Издание состояло из двухсот двадцати шести гравированных на металле изображений, оттиснутых по одному на листе. В 1679 году под тем же названием, но в уменьшенном в два раза формате поэма была переиздана Авраамом Вольфгангом в Амстердаме. Восемнадцать лет спустя этими же досками воспользовался Пьер Мортье, который еще раз издал в Амстердаме «Метаморфозы». И наконец в 1689 году в Нюрнберге вышли «Метаморфозы» с теми же рисунками, тем же текстом и таким же фронтисписом.

Из наиболее значительных произведений этого периода можно также назвать перевод на французский язык «Плач об Адонисе» Биона выполненный придворным поэтом короля Франции Франциска I Мелленом де Сен-Желе, короткое стихотворение поэта Жана Пассера «Адонис», стихотворение Мориса Сэва и элегию Пьера де Ронсара.

Морис Сэв.

Над самой прекрасной из Океанид,

Над Клитией гордой, оставившей Море,

Адонис свой лик несравненный склонит,

И прелесть его омрачится от горя.

Поникнув к земле и со смертью не споря,

Засохший цветок хранит аромат,—

Урок для тех, что бессмертья хотят,

Надеются выявить и смерти боятся.

Твои добродетели, вечный клад,

 От Мавра до Индии сохранятся.

 Особняком стоит поэма «Адонис» («Adonis») написанная в 1658 году Жаном де Лафонтеном под влиянием Овидия, Вергилия и, возможно, Марино. Автор назвал поэму «героическая идиллия» подразумевая соединение в ней признаков пасторального и героического жанров. В этой поэме мы находим основополагающие признаки пасторали, такие как диалогичность (рассуждения Венеры и Адониса о любви), идиллические картины любви на лоне природы, характерный сюжетный мотив смерти героя и так же традиционно завершающий поэму плач Венеры. В идиллических сценах любовных утех Венеры и Адониса возникает тема трагической обреченности красоты и любви, в неразрешимом конфликте сталкиваются понятия любви и смерти. Однако эпизод с описанием смерти Адониса и плача Венеры не снимает трагического напряжения, как это свойственно было античному пасторальному жанру.

аз3785В немецкой литературе первые упоминания об Адонисе встречается еще на границе XV и XVI веков. В частноти в 14 главе («О волокитстве») сатирического произведения Себастьяна Бранта «Корабль дураков» и в стихотворении немецкого поэта Мартина Опица «Die Jagt deß Cupido».

Гораздо чаще Адонис упоминается в немецкой литературе XVII века. Так Ганс Якоб Кристоффель фон Гриммельсгаузен в плутовском романе «Похождения Симплициссимуса» упоминает Адониса в гротескно-комический описании «немецкого героя» «превосходящего красотой Нарцисса и Адониса, а силой равен Геркулесу».

Обращался к этому античному мифу и также с иронической интонацией и один из наиболее выдающихся лириков немецкого барокко Пауль Флеминг.

Пауль Флеминг.

Какие нужны поцелуи.

(Фрагмент)

Что проникает вглубь души

Сильней, чем поцелуй, скажи?

Не безразличный, не настырный,

Не постный, но и не бесстыдный.

 

Прекрасна искренность влечений

Без детских преувеличений,

Фальшивых скромностей, страстей,

Но не без выдумок, затей.

 

Язык ласкает, но не слишком,

Не скромницу, не одалиску

Целуешь. Здесь примером

Адонис будет и Венера…

 

Чего нельзя, а что прилично –

Рецептов нет. Тут дело личное.

Но лишь любимая моя

Целует правильно. И я.

У поэта Фридриха фон Логау автора многочисленных эпиграмм образ Адониса также вызывает сатирические ассоциации.

Фридрих фон Логау.

Налоги.

Перевод Аркадия Равиковича.

Венера и Адонис раньше здесь любились,

Теперь эти места в пустыню превратились.

Где Бахус не спеша цедил вино златое,

Там новая лоза плодит успешней вдвое.

Налог тому виной? Земля, что мы воспели,

Приносит урожай невиданный доселе.

Так это или нет? Скажу, чтоб не обидеть:

Услышать хорошо, но лучше раз увидеть!

В XVIII веке античность рассматривалась просветителями как эпоха полной гармонии между личностью и обществом. В этом им виделся источник нетленной красоты античного искусства.

Якопо Амигони. Венера и Адонис.

Якопо Амигони. Венера и Адонис.

Поэтому неудивительно повсеместное обращение к образам античной мифологии. Так например Вольтер в «Орлеанской девственнице» обращается к мифу о Адонисе и Венере.

Вольтер.

Орлеанская девственница.

 (Фрагмент)

Над чувствами мгновенно власть утратя,

Глядел Монроз, не смея и вздохнуть,

На белоснежную, как жемчуг, грудь,

Рубашкою прикрытую чуть-чуть,

На все, что было видно из-под платья.

Ты удивлен был милый Адонис,

Когда любовница, чьей красотою

Владели Марс суровый и Анхиз,

В лесной глуши явилась пред тобою.

Был на Венере не такой наряд,

На кудрях не колпак, ручаюсь смело,

И с лошади божественное тело,

Лишаясь сил, на землю не летело,

Не расцарапан был лилейный зад:

Но выбрал бы наш Адонис прелестный

Венеру иль Агнесу – неизвестно.

Была взволнована душа пажа

Боязнью, состраданьем и любовью.

Он руку ей поцеловал, дрожа.

Перу Иоганна Вильгельма Людвига Глейма принадлежит стихотворение «Филлис и Адонис».

Первый немецкий романтик Готфрид Август Бюргер на основе мифа об Адонисе и Венере написал небольшую поэму «Ночь — праздник Венеры», а поэт Фридрих Мюллер поэму «Adonis, die klagende Venus, Venus Urania».

В стихотворениях «Нения» и «К весне» к образу Адониса обращался и Фридрих Шиллер.

Фридрих Шиллер.

Нения.

Смерть суждена и прекрасному — богу людей и бессмертных!

Зевса стигийского грудь, меди подобно, тверда.

Раз лишь достигла любовь до властителя сумрачных те́ней.

Но при пороге еще строго он отнял свой дар.

Не усладить Афродите прекрасного юноши рану:

Вепрь беспощадно красу тела его растерзал.

И бессмертная мать не спасла великого сына:

Пал он у скейских ворот волей державных судеб…

Но она вышла из моря в сонме дщерей Нерея:

В жалобах ожил опять славный делами герой.

Видишь: боги рыдают и плачут богини Олимпа,

Что совершенному — смерть, смерть красоте суждена.

Даже и песнью печали славно в устах быть любимых;

Только ничтожное в Орк сходит без звуков любви.

В 1700 году английский поэт Джон Драйден  опубликовал свой перевод Овидия и в частности мифа о матери Адониса Мирра. Критик Энтони У. Ли отмечает, что этот перевод может быть истолкован как тонкий комментарий на политической сцене Англии в конце семнадцатого века.

В русскую литературу образ Адониса также пришел вместе с переводами античной классики. И главную роль здесь как и в Европе сыграли переводы «Метаморфоз» Овидия.

При Петре I с польского стихотворного перевода Валериана Отфиновского «Метаморфозы» Овидия дважды перевели на русский язык — прозой с комментариями, но переводы не были опубликованы.

Наконец в 1722 году «Метаморфозы» были напечатаны в Санкт-Петербурге под названием «Овидиевы фигуры». Это был перевод немецкого издания, выпущенного Иоганном Ульрихом Краусом в конце XVII века в Аугсбурге. Русский вариант представляет собой почти полную копию немецкого оригинала. В 1723 и 1724 годах «Овидиевы фигуры» допечатывались небольшими тиражами.

В России XVIII века античность стала той питательной средой в которой зародился русский классицизм. Это способствовало тому что во второй половине XVIII века, были вновь переведены произведения Вергилия. Так поэт и драматург Василий Иванович Майков выполнил стихотворный перевод «Метаморфоз» («Превращений») Овидия с чужого прозаического перевода. В 1762 году был издан перевод «Метаморфоз» выполненный Денисом Ивановичем Фонвизиным. И наконец в 1794 году К. Рембовский опубликовал перевод «Метаморфоз» под названием «Превращения Овидиевы с примечаниями и историческими объяснениями, или Похождение языческих богов и полубогов от начала мира…».

аз3928Появляются и оригинальные произведения русских авторов содержащие аллюзии на образ Адониса. Например, в 1783 году в Петербурге поэт Ипполит Богданович издал поэму «Душенька» — вольное переложение романа Лафонтена «Любовь Психеи и Купидона», заимствовавшему свой сюжет из Апулея. Поэма содержала аллюзии на миф об Адонисе и Венере. Богданович выдерживает шутливый и отчасти бурлескный тон Лафонтена и Апулея, что проявляется, в частности, в замене некоторых имен персонажей из низшей античной демонологии эквивалентами из русских сказок (без изменения сути персонажей) и в отказе от экзотизмов в пользу русизмов («сарафан»).  «Душенька» была весьма популярна в русском обществе и до 1841 года выдержала пятнадцать переизданий.

Ипполит Богданович.

   Душенька

(Фрагмент)

Румянец розы на щеках,

  Рассыпанный поверх лилеи,

  И белы кудри в трех рядах,

  Вьючись вокруг белейшей шеи,

  И склад, и нежность всех частей,

  Иль кои крылися от виду,

  Могли унизить Адонида,

  За коим некогда, влюблясь,

  Сама Венера, в дождь и в грязь,

  Бежала в дикие пустыни,

  Сложив величество богини.

Аллюзии на Адониса содержат и произведения Ивана Ивановича Дмитриева («К Венериной статуе») и Ивана Андреевича Крылова («К счастью»).

Иван Дмитриев

К Венериной статуе.

Парис и Марс, о том ни слова,

И Адонис, когда хотел,

Меня видали без покрова;

Но как увидел Праксител?

В XIX веке в России был осуществлен целый ряд новых переводов произведений античных авторов, в частности «Овидиевы любовные творения, переработанные в Энеевском вкусе» Н. Осипова (1803 г.), стихотворный перевод «Метаморфоз» Овидия А. Фета — «XV книг Превращений» (1837 г.), «Избранные басни из «Метаморфоз», со словарем и примечаниями» Я. Смирнова и В. Павлова (1869 г.), стихотворный перевод «Метаморфоз» Овидия Ф. Матвеева (1876 г.), стихотворный перевод «Метаморфоз» Овидия Б. Алексеева (1885 г.). Особо следует выделить блестящий перевод поэмы Овидия, выполненный Афанасием Афанасьевичем Фетом за который в 1884 году он получил за него Пушкинскую премию Академии наук.

В 1811 году профессор русской и латинской словесности в Царскосельском лицее Н. Ф. Кошанский издал хрестоматию «Цветы греческой поэзии, изданные Николаем Кошанским, доктором философии, надворным советником и профессором Российской и латинской словесности при императорском Царско-Сельском Лицее». В книгу вошли произведения Гомера, Софокла, Мосха и Биона в том числе перевод «Плача об Адонисе» Биона.

аз3929Это же произведение перевел и профессор Московского университета – поэт и переводчик Алексей Фёдорович Мерзляков.

А. Ф. Мерзляков.

Плач об Адонисе (Из Биона)

(Фрагмент)

Восплачем! Адониса нет! погиб несравненный Адонис!

Прекрасный Адонис погиб: рыдайте, стенайте, эроты!

С багряного ложа восстань, остави свой сон, о Венера!

В печаль и тоску облекись, власов не свивай благовонных;

Терзающа перси, вещай: погиб мой прекрасный Адонис!

Восплачем! Адониса нет! — рыдайте, рыдайте, амуры!

Се, отрок прелестный лежит, простертый на холме высоком;

Богини прелестныя скорбь! — в бедро пораженный свирепо,

Чуть дух переводит, и кровь, багряная кровь истекает

По белому телу из ран, и светлые очи потухли,

И замерли розы ланит; и розы в устах побледнели.

Угасла та прелесть, краса, которой дышала Венера,

Которой питалась любовь! — О, прелесть и в мертвом живая!

Так! — милый Адонис угас; не слышит ее лобызаний!

В 1820-1821 годах Н. И. Гнедич впервые перевел на русский язык XV идиллию Феокрита «Сиракузянки, или женщины на празднике Адониса» Перевод был впервые опубликован в сборнике «Стихотворения Н. Гнедича» (1832 г.).

Все эти переводы, безусловно, сыграли немалую роль в проникновение и закрепление образов античной мифологии, в том числе и образа Адониса в русской литературе.

В новой русской литературе мирно уживались различные традиции: изящной словесности в античных образцах и в новоевропейском их переосмыслении, древней славянской книжности, церковного красноречия и литургической поэзии.

Примером такого синтеза различных литературных традиций является творчество Александра Сергеевича Пушкина. Овидий, был одним из особо любимых античных авторов Пушкина. В его произведениях мы в частности находим многочисленные реминисценции из поэмы «Метаморфозы» в том числе на образ Адониса — в стихтворениях «К Юрьеву» и «В кругу семей, в пирах счастливых» (неоконченное стихотворение).

Александр Сергеевич Пушкин.

В кругу семей, в пирах счастливых…

(Фрагмент)

Вы оба в прежни времена

В ночных беседах пировали

И сладкой лестью баловали

Певца свободы и вина.

Приди, прелестный Адонис,

Улан Пафоса и Киферы,

Любимец ветреных Лаис,

Счастливый баловень Венеры.

В опубликованный 1884 году поэтическом цикл «Альбом Антиноя»  поэт Аполлон Майков включил стихотворение «Смерти нет! Вчера Адонис…».

Аполлон Николаевич Майков.

«Смерти нет! Вчера Адонис…»

Смерти нет! Вчера Адонис

Мертв лежал; вчера над ним

Выли плакальщицы, мраком

Всё оделось гробовым: -

Нынче ж, светлый, мчится в небе

И земля ликует, вслед

Торжествующему богу,

Восклицая: смерти нет!

Нередкость в русской литературе обращение к образу Адониса для характеристики персонажей. Например, в поэме М. Ю. Лермонтова «Сашка» он использован для характеристики учителя главного героя.

Михаил Юрьевич Лермонтов.

Сашка.

(Фрагмент).

Его учитель чистый был француз,

Marquis de Tess. Педант полузабавный,

Имел он длинный нос и тонкий вкус

И потому брал деньги преисправно…

Его отец богатый был маркиз,

Но жертвой стал народного волненья:

На фонаре однажды он повис,

Как было в моде, вместо украшенья.

Приятель наш, парижский Адонис,

Оставив прах родителя судьбине,

Не поклонился гордой гильотине:

Он молча проклял вольность и народ,

И натощак отправился в поход,

И наконец, едва живой от муки,

Пришел в Россию поощрять науки.

Создав особое представление о «романтической любови» как высшей, едва ли ни мистической ценности, возвышающейся над всеми земными условностями, философия и литература романтиков не могли не обратится к фигуре Адониса. Писатели-романтики в своем творчестве возрождали древнее представление о любви как об универсальной космической силе, объединяющей в единое целое человека и природу, идеал и действительность, духовность и чувственность.

Бенджамин Уэст. Адонис. 1800 г.

Бенджамин Уэст. Адонис. 1800 г.

Эти представления романтиков довольно часто расходились с традиционной моралью. Не случайно Фридриха Шлегеля буржуазная публика обвиняла в аморализме и безнравственности. Воспевал чувственную любовь и его брат поэт Август Вильгельм Шлегель, в частности в своем стихотворении «Адонис». Те же настроения отразил и Генрих Гейне (опубликовав в сборнике «Новые стихотворения» стихотворение «Праздник весны») и глава и теоретик французского романтизма Виктор Гюго (в стихотворении «Катулл»).

Виктор Гюго.

Катулл.

(Фрагмент)

Венерой ты была, Адонисом я был.

Когда на небесах затеплится денница,

Веля сердцам любить, телам соединиться,

Желай и трепещи, покорная лучу,

Мечтай и убегай, а я тебя схвачу.

А поскольку теория романтической любви развивалась в направлении к мистицизму то мы находим обращение к мифу о Венере и Адонисе например, в работах немецкого религиозного философа Франца Баадера «Тезисы эротической философии» (1828 г.) и «Сорок тезисов религиозной эротики» (1831 г.) — своеобразном синтезе эротики и мистики.

Поэма «Адонис» («Adonis». 1875 г.) датского поэта-романтика Фредерика Палудана-Мюллера отразила пессимистические настроения охватившие его на склоне лет -  его герои разочаровавшись в земных богах, ищут прибежища и утешения в смерти.

Но особое место занимал миф об Адонисе в творчестве французских поэтов группы «Парнас» («Parnasse»), объединившихся вокруг Теофиля Готье и противопоставивших своё творчество поэзии и поэтике романтизма. Название группы утвердилось с выходом у парижского издателя Альфонса Лемерра поэтической антологии «Современный Парнас» («Le Parnasse contemporain»).

«Парнасцы» называли себя «бесстрастными» («impassibles») поэтами, однако Сабатье разрушает этот миф о бесстрастности «парнасского» искусства, показывая, что их истинной страстью было увлечение древностью, археологией, религией и наукой. Брюсов подчеркивал внимание «парнасцев» к мифологическим сюжетам, которые они трактовали иначе, чем классицисты: «в мифах искали выражения всемирных истин».

В центре поэзии  главы «Парнасской» школы Леконта де Лиля — чувство бренности обширной и безжалостной Вселенной. В его поэтическом сборнике «Poèmes antiques» («Античные стихотворения», 1852 г.) он неоднократно обращался к образу Алониса, например в стихотворении «Венера Милосская» и поэме «Возвращение Адониса».

Леконт де Лиль.

Возвращение Адониса.

(Фрагмент).

Эрикса горного владычица благая

И храмов кипрских госпожа,

Ты, Афродита, так прекрасна и свежа,

Под свежим миртом возлегая!

Адониса тебе через двенадцать лун

Вернут недремлющие Горы,

В твои покои он войдет под пенье хора,

Чудесный бог, пригож и юн.

Возляжет господин на ложе золотое,

Сирийским маслом умащен,

Пух на его губах, под сенью листьев он

Своей сияет красотою.

Светильники горят — их яркие огни

Ночные тени изгоняют,

Эссенций аромат вокруг распространяют

Его ладони и ступни.

И вьется, и кружит над ним с благоговеньем

Эротов легкое кольцо,

И взмахи быстрых крыл прекрасное лицо

Ласкают нежным дуновеньем.

К тебе вернулся он, в сиянии красы –

Так возликуй же, дочь Дионы!

Вы, девы, встаньте в круг, и развязав хитоны,

И распустив свои власы,

У моря на заре, под волн могучих плески,

Водите с песней хоровод,

Хвалу неся тому, кто из летейских вод

Выходит в почестях и блеске!

В Англии в отличии от Франции и Германии романтизма как школы не существовало. Однако творчество целого ряда английских поэтов этой эпохи можно без сомнения отнести к этому литературному направлению. Таков, например поэт Джон Китс. В поэме «Эндимион», разрабатывающем миф о любви лунной богини Дианы к пастуху Эндимиону. Китс трактует этот сюжет, весьма вольно и более того, сознательно смешивает этот миф с историей о Венере и Адонисе.

Джон Китс.

Эндимион.

(Фрагмент).

Перевод Евгения Фельдмана

Богиня моря  в юношу земного

 Влюбилась как-то. Снова, снова, снова

Она его привлечь к себе пыталась.

Ах, чья б душа бесчувственной осталась!

Но юноша к мольбам её любовным

Остался безразлично-хладнокровным,

И нравилось ему, когда, бывало,

Нетронутое небо умирало

У ног его — глупец! — когда в кручине

Лежала на зелёной луговине

Влюблённая; когда терзали разум

Страданья, порождённые отказом.

Ни слова, гость! — не то ты с жару, с пылу

Пошлёшь проклятье, как и сам я было

Чуть не послал… — Но бедная хозяйка

Сошла с ума, как парня на лужайке

Кабан смертельно ранил. — И с мольбою

Она вошла к Юпитеру такою,

Что тронула владыку, и при этом

 Он повелел, чтоб к жизни каждым летом

Красавец возвращался. Погляди,

Он рядом спит, Адонис  наш…

В свою очередь на смерть умершего от туберкулеза Джона Китса один из величайших английских поэтов XIX века Перси Биши Шелли откликнулся поэмой «Adonais» («Адонаис: Элегия на смерть Джона Китса», 1819 г.). Название скорее всего, образовалось от слияния греческого и иврита — «Адонис» и «Адонай».

Шелли написал элегию «Adonais» сразу после слушаний по делу о смерти Китса (которые состоялись весной 1821 года». А уже в июле 1821 года она была впервые опубликована.

аз3787Классическая  форма  элегии  с  мифологическим обрамлением была выбрана Шелли  под влиянием элегии Джона Мильтона на смерть его друга Эдварда Кинга («Лицидас», 1673 г.). Большинство критиков также сходятся на том, что на Шелли оказали влияние Вергилий (Десятая эклога) и элегии Биона об Адонисе.

Поэма состоит из четырехсот девяноста пяти строк и пятидесяти пяти «спенсеровых» строф. В ней Шелли широко использовал символы, аллегории, библейские и мифологические образы, олицетворения, легко смещая временные пласты, переходя от настоящего к прошлому и будущему.

Перси Биши Шелли.

Адонаис.

(Фрагмент).

                     Мертв Адонаис. Плачьте все со мной!

                      Он мертв. Заплачем, хоть нельзя слезами

                      Оттаять холод этот ледяной.

                      Ты, самый мрачный час между часами,

                      Приговоренный плакать вместе с нами,

                      Скажи своим: «Возлюбленного нет,

                      Но будущее всеми чудесами

                      Затмить не смеет этих юных лет,

                      Отзвучье вечное и вечно яркий свет»

 

                      Мертв Адонаис. Плачьте все со мной!

                      Рыдай в своем пределе отдаленном,

                      Урания, но нет, во тьме ночной

                      Не лучше ли на ложе раскаленном

                      Застыть слезам, — скорбям неутоленным

                      Забыться с ним в его безмолвном сне?

                      И тем, кто мудр, всем душам просветленным,

                      Не пробудиться в жадной глубине:

                      Немую песнь пожрав, смеется Смерть на дне.

А английская поэтесса Викторианской эпохи Элизабет Барретт Браунинг посвятила мифу стихотворение «Плач по Адонису».

В романе продолжавшего традиции романтизма Бульвер-Литтона «Занони» (1842 г.) действует сверхчувственное существо – могучее и прекрасное — Адон-Аи («Господь мой», по созвучию соотносится с личным местоимением «ani» — «я»). Неоднократно обращается к фигуре Адониса и Жерар де Нерваль — «Voyage en Orient» («Путешествие на Восток», 1851 г.), «Isis» («Исида», 1854 г.).

Казалась бы мифологическая фигура Адониса должна была мало интересовать писателей-реалистов. Однако в их произведениях мы повсеместно встречаем не только аллюзии на миф о Венере и Адонисе, но и прямое его цитирование.

Такое цитирование мифа мы находим например у одного из основоположников реализма в европейской литературе французского писателя Оноре де Бальзака в новелле «Sarrasine» («Сарразин»). Опубликованая в 1830 году она является частью первого тома «Comédie Humaine» («Человеческой комедии») и входит в раздел «Scenes de la vie parisienne» («Сцены из парижской жизни»).

Кисти героя новеллы художника Эрнеста-Жана Сарразина принадлежит картина на которой изображен Адонис на львиной шкуре. В «Сарразине» черты Венеры и Адониса соединяются в одном образе. Это певец-кастрат по имени Замбинелла, поющий женские партии. Скульптор Сарразин, принимающий его в женском наряде за женщину, видит следующее: «Выразительный рот, глаза, говорящие о любви, ослепительная белизна кожи. Добавьте к этим чертам, способным внушить восторг художнику, все совершенства Венеры, изваянные резцом древнего грека. … Это было нечто большее, чем женщина, — это был шедевр!» При этом Замбинелла отличается слабостью и изнеженностью, чрезмерными, по мнению Сарразина, даже для женщины. Впоследствии скульптурный портрет, сделанный с этой «Венеры», служит моделью для изображения Адониса, на описанной выше картине. Отталкиваясь от этой истории новелла повествует о самом художнике. Она построена на противопоставлениях, на столкновении идеального и реального, красоты и уродства, старости и юности, мужского и женского начал в поисках ответа на вопрос, что значит быть мужчиной и что означает быть женщиной.

Оноре де Бальзак.

Сарразин.

 (Фрагмент)

Картина изображала Адониса, лежащего на львиной шкуре. …

- Может ли существовать на самом деле такое совершенное создание? — спросила она меня, досыта с нежной и удовлетворенной улыбкой на устах налюбовавшись изысканной красотой очертаний, позой, красками, волосами, одним словом, всем.

-Он слишком красив для мужчины, — добавила она, внимательно всматриваясь в картину, словно перед ней была соперница…

Упоминается Адонис и в историческом романа французского писателя-реалиста Гюстава Флобера «Salammbô» («Саламбо», 1862 г.). Более того, в драматической поэме в прозе «Искушение святого Антония» (1874 г.) Флобер дает собственную трактовку мифа. «Источником его вдохновения были старая пьеса для театра марионеток, картина Брейгеля, байроновский «Каин» и гетевский «Фауст», — писал об «Искушении» X. Л. Борхес.

По прежнему используется нарицательное имя Адонис для сатирической характеристики образа. Уже Поль Верлен  относится к Адонису весьма иронически.

Поль Верлен

Казальсу

(Фрагмент)

Адонис, гибнущий в цветах — не есть наш брат

Представить сей Нарцисс цветком — нам стоит муки,

Печальный сей субъект-большой гонитель скуки,

И он оригинал — таков всеобщий взгляд.

Столь же ироничен и немецкий поэт Вильгельм Буш в стихотворении «Mein Freund, an einem Sonntagmorgen» («Мой друг в субботу»).

Вильгельм Буш

Мой друг в субботу

Перевод Аркадия Равиковича.

Мой друг в субботу утром, в пять

Велел лошадку оседлать.

В рубахе свежей, выбрит гладко,

В блестящих сапогах, перчатках,

Молодцеват, при полном шике,

А на груди — цветок гвоздики.

Мчит, как Адонис, меж аллей

Верхом на лошади своей.

Любой, лишь вставив ногу в стремя.

В восторге забывает время.

Но вдруг навстречу, от просёлка,

С коровьим молоком двуколка.

В испуге лошадь — как взбесилась

И в бешеный галоп пустилась.

Хоп-хоп — конь сам себе бежит,

А всадник на земле лежит,

Лишённый трона и ума,

На животе среди дерьма.

Наездник — в полном наслаждении;

Теперь — в лежачем положении!

Величайший американский сатирик Марк Твен, считал что: «Деликатность, унылая и поддельная деликатность крадет у литературы два наиболее лучших жанра, ей принадлежащих: сказки и анекдоты, которые рассказывают в семейном кругу, и непристойные рассказы».

Самой знаменитой из работ Твена в жанре «непристойных рассказов» является эссэ «1601 г.: разговора у камина» впервые опубликованное анонимно в 1880 году. Эссе тут же было объявлено порнографией и находилось под запретом в США до середины шестидесятых годов ХХ века.

аз3966Главными героями этого произведения являются королева Британии Елизавета I, ее приближенные и известные люди этой эпохи, в том числе Бен Джонсон, Фрэнсис Бэкон и Вильям Шекспир. Сидя у камина, они обмениваются рассказами о своих сексуальных похождениях и победах. А Шекспир читает королеве поэму «Венера и Адонис», которую королева впрочем находит весьма напыщенной и утомительной.

Самый значительный поэт Италии XIX века, лауреат Нобелевской премии по литературе (1906 г.) Джозуэ Кардуччи опубликовал 1863 году поэму «Inno a Satana,» («Гимн Сатане»). В этой поэме, для которой характерны пантеистические и антиклерикальные настроения, воспевание силы человеческого разума и воли в противовес христианским догматам покаяния и смирения, он придает образу Адониса инфернальный характер. Поэма наделала много шума в Италии, возбудив негодование консерваторов и клерикалов.

Джозуэ Кардуччи.

Гимн Сатане.

(Фрагмент).

Для тебя, Астарта,

Ариман, Адонис —

И холсты, и мрамор,

И перо в ладони

Там, где безмятежность

Ионии пенной

Славила Венера

Анадиомена.

Для тебя в Ливане

Расцветал терновник

И святой Киприды

Воскресал любовник;

Для тебя и песни,

И лихие пляски,

Для тебя и девы,

Чьи безгрешны ласки,

И душистый ветер

В пальмах Идумеи,

Где Киприды пена —

Всех снегов белее.

В девятнацатом веке образ Адониса проникает и в литературу Латинской Америки. Так мы встречаем его в произведениях одного из ярчайших представителей модернизма в испаноязычной литературе Рубена Дарио.

Рубен Дарио.

Вариации.

(Фрагмент).

Взгляни, как в роще бродит Артемида,

сквозя меж листьев снежной наготой,

как ищет там Адониса Киприда,

с сестрою споря нежной белизной.

Она как роза на стебле, и нарды

в себя вбирают пряный аромат,

за нею мчатся свитой леопарды,

за ней голубки белые летят…

В США писательница и поэтесса Эмма Лазарус в 1871 году пишет поэму «Сад Адониса» («The Garden of Adonis»).

Английские поэтессы Кэтрин Брэдли и Эдит Купер под псевдонимом Майкл Филд публикуют поэмы «Adonis and Aphrodite» («Адонис и Афродита», 1881 г.) и «The Song of Aphrodite» («Песня Афродиты», 1881 г.). В том же году выходит в свет поэма «The Lawn-Adonis» (1881 г.) Джеймса Логи Робертсона.

На рубеже девятнадцатого и двадцатого веков Адонис все более воспринимается литературой как символ мужской красоты. Это ведет ко все большей и большей эротизации образа.

Джон Уильям Уотерхаус. Пробуждение Адониса.

Джон Уильям Уотерхаус. Пробуждение Адониса.

Английский поэт-прерафаэлит Алджернон Суинберн   считался в своем кругу бунтарем и «маленьким дьяволом». Его сборник «Стихотворения и баллады», вышедший в 1866 году, вызвали такой скандал, какого английская литература не знала с времен лорда Байрона. Читателей возмутили темы Суинберна: например, лесбийская любовь (в двух стихотворениях о Сапфо), бисексуализм (в «Гермафродите»), прославление языческого сна-небытия без воскрешения (в «Садах Прозерпины»). Не обошел он внимание и образ Адониса в стихотворении «Laus Veneris» («Хвала Венере», (1866 г.).

Произведения английского писателя и поэта Джорджа Кроули «Mort d’Adonis» («Смерть Адониса») и «Réveil d’Adonis» («Пробуждение Адониса») (1907), также пронизаны декадентской чувственностью.

А австрийский писатель Леопольд фон Захер-Мазох в новелле «Венера и Адонис» из цикла «Новеллы русского двора» описывает придворные нравы Российской империи Екатерины II.

Вместен с тем образ Адониса начинает приобретать гомосексуальную окраску.

Хотя в произведениях французского писателя-символиста Жака д’Адельсверд-Ферзен «L’Hymnaire d’Adonis : à la façon de M. le marquis de Sade» («Псалтырь Адониса: путь маркиза де Сада», 1902 г.) нет прямых указаний на гомосексуальность, они воспринимались обществом именно в таком контексте в связи с разгоревшимся в 1903 году вокруг поэта скандалом.

За организацию в своем парижском особняке чёрных месс — гомосексуальных вечеринок (под которыми подразумевались поэтические чтения и разгрывание мифологических сцен с участием полуобнаженных подростков») Ферзен был арестован, осужден на шесть месяцев тюремного заключения, лишен гражданских прав на пять лет, и приговорён к денежному штрафу в размере пятидесяти франков. По сообщениям прессы тех лет, между поэтом и мальчиками существовали сексуальные отношения.

Главные мотивы романа французской писательницы Рашильд «Madame Adonis» («Мадам Адонис», 1888 г.) андрогения и половая неоднозначность.

Французский поэт и писатель Пьер Луис, разрабатывавший эротическую тематику и вдохновенно воспевавший лесбийскую любовь, примыкал к движению символистов. Культ тела и чувственной страсти, вопросы пола — основная тема в его творчестве. Отсюда страсть как рабство, как сладостное страдание, как «томление», подчиняющее, но и «очищающее». Классическое образование Луиса приковало его литературные интересы к античности и, в частности, к эпохе «александризма», культуру которого он стилизовал в ряде произведений.

Уже в своем первом поэтическом сборнике, опубликованном в 1891 году под названием «Astarté» («Астарта») Пьер Луис обращается к образу Адониса. В 1894 году выходит его сборник  «Les chansons de Bilitis»  («Песни Билитис») ставший  не только самым известным его произведением, но и примером литературной мистификации.

Иллюстрация Жоржа Барбье к сборнику Пьера Луиса «Песни Билитис». 1922 г.

Иллюстрация Жоржа Барбье к сборнику Пьера Луиса «Песни Билитис». 1922 г.

Этот сборник стихов настолько удачно передавал стиль имитируемой эпохи, что был принят критикой за перевод. В 143 стихах гетера Билитис рассказывает о своих похождениях на Ближнем Востоке (Малая Азия, острова Лесбос и Кипр).

Пьер Луи.

Песни Билитис.

(Фрагмент).

Вторая эпитафия.

На мрачном бреге Менаса, на Тамассосе Памфилии, я, дочь Демофилоса, Билитис, родилась. Я покоюсь вдали от родины моей, ты это видишь.

Совсем ребенком я познала любовь Астарты и Адониса, тайны святой Сирии и смерть, и возврат к той, что с круглыми веками. Достойно ли порицания то, что я была куртизанкой? Не было ли это моим женским предназначением? Чужестранец, нас ведет Мать — Всего — Сущего. Отречься от нее — неосмотрительно…

Особый интерес к образам умирающих, а затем воскресающих богов — Адониса, Нарцисса, Осириса проявляли немецкие символисты. Так мотив «юных усопших» звучит в «Дуинских элегиях» Рильке.

В литературе рубежа XIX-XX веков жизнь и смерть начинают рассматриваются как единый процесс, в котором каждый момент жизни ведет к смерти.

Таков Адонис в стихах яркого представителя викторианской поэзии английского поэта Юджина Ли-Гамильтона.

Юджин Ли-Гамильтон.

Воображенные сонеты. Сонет 8. 

(Фрагмент)

Для силы этой слов не подберу,

Она сродни могуществу прибоя;

Звучит твой голос, сердце беспокоя,

Как звон цикад в апреле поутру.

Адонис нес мне томные услады,

Дышал лимонным запахом аллей,

Журчал волной у берегов Эллады

Обучаясь в Тринити-колледже (1871-1874 гг.) Оскар Уайльд изучал античную историю и культуру. Позднее он посетил Италию и Грецию и был покорён этими странами, их культурным наследием и красотой. Так фигура Адониса возникает в его поэтических произведениях. Например, в поэме «Сфинкс», в которой как в сновидении, перед читателем проходят символы кошмаров, фантастические древние образы, предания.

Оскар Уайльд.

Сфинкс.

(Фрагмент)

Перевод Николая Гумилёва

Столетий счет тебе был велен,

Меж тем как я едва видал,

Как двадцать раз мой сад менял

На золотые ризы зелень.

Видала ль ты, как, беспокоясь.

Изида к Озирису шла?

Как Египтянка сорвала

Перед Антонием свой пояс

 

И как оплакан Афродитой

Был Адониса катафалк?

Вел не тебя ли Аменалк.

Бог, в Гелиополисе скрытый?

В начале ХХ века выходит целый ряд произведений, в которых образ Адониса рассматривается в целом в классическом ключе, как например «Адонис, или Роза рождения» (1909 г.) Эмили де Вилье.

Вместе с тем мотив «второго рождения» в романах первого десятилетия XX века реализуется как возможность преодоления смерти через трансформацию мотивов возрождения, воскресения и метаморфозы.

Один из основоположников англоязычной модернистской литературы американский поэт Эзра Паунд в книге стихов «Cantos» («Песни») попытался охватить всю мировую культуру, историю и цивилизацию с древнейших времен до современности, перемежая выдержки из Гомера, древнекитайской поэзии и поэзии трубадуров.

Источником «47 Песни» для Паунда послужило стихотворение «Плач об Адонисе» греческого поэта II века до н.э. Биона, в котором даже Мойры, властительницы судьбы, оплакивают умершего Адониса и хотели бы его вернуть.

Эзра Паунд

Cantos XLVII

 (Фрагмент).

Перевод Яна Пробштейна.

       Средь вод залива плещутся огни,

       Их лапа моря загребает в пасть.

       Нептун после отлива воду пьет.

       Таммуз! Таммуз!!

       Огонь багровый уплывает в море.

                      Ты сам измерен этими вратами.

       Они спускают на воду огни из длинных лодок,

       Вдали их лапа моря собирает.

       Рычат собаки Скиллы среди скал,

       Их зубы белые вгрызаются в утес,

       Но в море прочь плывут огни сквозь бледность ночи.

       Tυ Διώνα

        ту диона

        Και Μοίραιτ’ “Αδονιν

        Кай моирай адонин     

        Окрасил море Адонис своею кровью…

 

В пещеру свет проник. О! Ио! Ио!

В пещере свет разлился —

Великолепье средь великолепья!

Я полз, вгрызаясь в недра этих гор,

Чтоб проросла трава из плоти,

Чтоб слышать разговор корней,

Свеж воздух меж моей листвы,

Дрожат раздвоенные ветви на ветру.

         Для ветви легок ли Зефир, Апелиота

         Легка ли для миндальной ветви?

         Сквозь эту дверь проник я внутрь горы.

         Падет,

         Падет Адонис.

         Затем созреет плод. С отливом уплывают огоньки,

        Сгребает лапа моря их вдали,

        Для каждого цветка четыре флага,

        Вдаль отгребает лапа моря огоньки.

        О пахоте своей помысли,

        Когда семь звезд сойдут, чтоб опочить,

        Они на отдыхе пребудут сорок дней под толщей моря

        И в тех долинах, что сбегают к морю.

 

        Και Μοίραιτ’ “Αδονιν

        Кай моирай адонин

 

        Когда заполыхает ветка миндаля,

        Когда возложат на алтарь первины всходов,

        Tυ Διώνα, Και Μοΐραι

        ту диона, кай моирай

        Και Μοίραιτ’ “Αδονιν

        Кай моирай адонин

        Кто дар имеет исцелять

        И кто зверями дикими повелевает.

Один из важнейших представителей немецкого экспрессионизма Альфред Дёблин в 1901 году обращается к мифу в новелле «Адонис» («Adonis»). Ее центральная тема — взаимоотношения человека  и сил природы.

Альфред Дёблин.

Адонис.

(Фрагмент)

Я, человек, — кто я, где я? Бог, которому я поклоняюсь, лес, дерево, зверь, ночь, ветер: как это все странно, как страшно. Ты, безумие, пряное вино жизни, скажи мне: что все это значит, чем оно должно быть и что оно есть! Я ведь не безумен, хоть дух мой и грезит сейчас, ибо устал и измучен. Я только спрашиваю: откуда эта луна, и лес, и мой человеческий облик; а это непрерывное струение, этот гон, гон, гон повсюду вокруг меня, во мне?! — Сердечный друг, сновидение это и есть Адонис; но вместе с тем и личина — подвижная, непроницаемая…

Начало ХХ века характеризуется бурным расцветом бульварной литературы. В России становится модным французское слово декаденс (разложение).

Арсений Несмелов.

 Голубой разряд

(Фрагмент)

Дальше! Нo нечего дальше!

Пыль! Нe удержишь гонца.

Жаль, понимаете, жаль же

Сон рассказать до конца.

Запах вдыхая аниса,

Хочется выпить ликер,

Но нарядить Адониса

В фрачный костюм — куафер.

«Вопросы пола» становятся главной темой в русской литературе. Естественно, что в такой обстановке миф об Адонисе как повод для эротических и даже порнографических сюжетов получает широкое распространение. Более того, чтобы обмануть цензуру, издательства зачастую выпускали псевдомедицинские книги, которые камуфлировали откровенную порнографию: А. И. Гильденбанд «Мир половых страстей» (1912 г.), Аббед Поль «Любовь и ненависть античного мира» (1911 г.) , в которых миф об Адонисе рассматривался с «научной точки зрения».

аз4039Выходит масса периодических изданий, эротическая и порнографическая направленность которых маскируется псевдоантичностью. Сколь часто в них упоминается Адонис можно судить из их названий — «Афинские ночи» (1908 г.), «Египетские ночи» (1908 г.), «Коринфские ночи» (1908 г.), «Адонис и Венера» (1908 г.).

Все это ведет к тому, что читающая публика начинает относиться к образу Адониса иронически. Например, А. П. Чехов  в «Филологических заметках» комически снижает образы античных богов: Венеру он иронически окрестил богиней «турнюров и ртутных мазей» а Адонис назван «чиновниками гражданского ведомства».

Другой стороной этого процесса стало весьма широкое распространение образа Адониса в мистической, теософской и оккультной литературе

Так английский писатель Гилберт Кит Честертон ревностный католик и рыцарь-командор со звездой ватиканского ордена Святого Григория Великого, в эссе «Человек и мифы» («Man and Mythologies») и «Жрец весны» рассматривал образ Адониса исключительно с христианско-мистических позиций.

А стихи русского религиозного мыслителя и поэта Владимира Соловьёва буквально насыщенны образами мифа об Адонисе.

Владимир Соловьёв.

Друг мой! прежде, как и ныне, Адониса отпевали. Стон и вопль стоял в пустыне, Жены скорбные рыдали. Друг мой! прежде, как и ныне, Адонис вставал из гроба, Не страшна его святыне Вражьих сил слепая злоба.

Друг мой! ныне, как бывало,

Мы любовь свою отпели,

А вдали зарею алой

Вновь лучи ее зардели.

 Мистик и масон Борис Зубакин и вовсе уподоблял Адониса Христу.

Борис Зубакин.

Какой прекрасный юный бог

Рождался в Вифлееме!

И золотой Единорог

На лунной плыл триреме.

Из рощи выбежал сатир

И выманил дриаду

Смотреть, как шла, сияя, в мир

Звезда через Элладу.

И пригибая острый лавр

Гремел навстречу Богу

Из леса скачущий кентавр

На лунную дорогу.

И побледнев в предвестье дней

Искупленных агоний,

Адонис поднял из ветвей

Пронзенные ладони.

Дмитрий Мережковский, вошёл в историю как, основоположник русского историософского романа опубликовав в 1930 году книгу «Тайна Запада. Атлантида - Европа». В этой книге, где он ищет корни христианской религиозной культуры в загадочной Атлантиде, а миф об Адонисе трактуется с теософских позиций.

Д. С. Мережковский.

Тайна Запада. Атлантида — Европа

(Фрагмент)

Вепрем убит, по греческому мифу, Адонис, а по Федору Мопсуэтскому, критский Зевс, он же — Ζαν Пифагоровой надписи на Юктской гробнице. Это значит: Зевс, Зан, Адонис-Адонай — одно и то же лицо, смертный, рожденный от смертной, такой же баснословный или доисторический богатырь, как Озирис, Таммуз, Аттис, Дионис, Митра, Кветцалькоатль, — все страдающие боги-люди. Вепрь, убийца Адониса, — это мы тоже знаем по бесчисленно повторенному, от Сапфо до Овидия, греческому мифу — есть посланец бога войны, Арея, или сам бог — юный Зверолов насмерть ранен клыком зверя. Что это, бессмысленно-роковая судьба? Нет, затаенный или забытый новым мифом смысл древней мистерии глубже. Гибель Адониса — вольная жертва. «Он знает день, когда его не будет», — сказано об одном двойнике его, Озирисе, а другой — Таммуз — сам говорит о себе:

Нисхожу я стезей сокровенной,

Путем без возврата,

В глубины подземные…

Из литературы мистического характера образ Адониса проникает в русскую поэзию, как например, в творчество поэта-символиста Константина Бальмонта, который также находил Адониса фигурой мистической. Его сборник «Литургия красоты» буквально проникнут пантеистическими мотивами поклонения стихийным силам – Луне, звездам, ветру, огню, воде. В стихотворении «Огонь» он объединяет Адониса и Афродиту с персонажами индийской мифологии, окрашивая их в мистические цвета, воспевает пожар в крови, любовное горение, экстаз чувств.

Константин Бальмонт.

Огонь.

 (Фрагмент)

Рудра, красный вепрь Небес,

Ниспосылатель алых жгутов,

Отец стремительных Марутов,

В вихре огненных завес,

Гений Бури,

Враг Лазури,

Пробежал и вдруг исчез…

 

Рудра-Сива, Смерть-Любовь,

Губит Жизнь, и любит вновь.

Равнодушен к звукам стона,

Вепря красного клыки

Ранят тело, рвут в куски,

Но в траве у склона,

Где убит был Адонис,

Лепестки цветов зажглись,

Дышит анемона.

С тех же позиций рассматривает образ Адониса и идеолог дионисийства русский философ и поэт-символист Вячеслав Иванов. Научные работы Иванова посвящены религиозному мифу («Эллинская религия страдающего бога», 1904 г.; «Религия Диониса», 1905 г.; докторская диссертация «Дионис и прадионисийство», 1921 г.). В них он то и дело отсылает читателя к мифу об Адонисе. А основные темы поэзии Иванова — смерть и последующее возрождение, отчаяние и следующая за ним надежда. Его «язык архаичен, к тому же Иванов любит вводить греческую лексику» (Д. Мирский). Именно поэтому фигура Адониса весьма часто появляется в его стихах. Он также много переводил из древнегреческой поэзии, в частности именно ему принадлежит знаменитый перевод «плача по Адонису» из Сафо и перевод из Фанокла «Горный скиталец, узнал Дионис, как прекрасен Адонис…».

Вячеслав Иванович Иванов.

Адонис.

Рондель

О розе амброзийных нег

Не верь поэта баснословью;

Забудь Киприды ризу вдовью,

Адониса живой ковчег.

Что, древле белая, как снег,

Она его зардела кровью,

О розе амброзийных нег

Не верь поэта баснословью.

Завиден пастыря ночлег.

Зови богиню к изголовью;

О ней мечтай, — пронзен любовью, -

Из волн ступающей на берег,

О розе амброзийных нег.

Весьма часто обращался к фигуре Адониса и поэт Михаил Кузьмин — он упоминается в двенадцати его произведениях. Так уже в его первую книгу стихов «Сети» вошел цикл стихотворений «Александрийские песни». Естественно, что в этом цикле нашлось и место для Адониса. Среди источников Кузмина обычно называют «Песни Билитис» Пьера Луиса и переводы древнеегипетских текстов, издававшимися английским обществом Библейской Археологии. Дебюту Кузмина сопутствовал громкий успех и признание со стороны критиков-модернистов.

Позднее — в «Шекспировском леске» Михаил Кузмин трактует образ Адониса несколько иначе. Здесь Адонис, прежде всего британец, причем неважно, мальчик из частной школы или юный солдат, «лорд Пэмброк», «молодой Дуглас» или «простой браконьер на земле этих лордов». Он принадлежит сразу и шекспировским временам, и викторианским, и XX веку (книга Кузмина была издана в 1922 г.). Смерть Адониса от клыков вепря, который «ничего не понимает ни в любви, ни в искусстве, ни в красоте», соотносится со смертью множества молодых английских солдат и офицеров во время Первой мировой войны.

Михаил Кузмин.

 Весною листья меняет тополь…

Весною листья меняет тополь,

весной возвращается Адонис

из царства мертвых…

ты же весной куда уезжаешь, моя радость?

 

Весною все поедут кататься

по морю иль по садам в предместьях

на быстрых конях…

а мне с кем кататься в легкой лодке?

 

Весной все наденут нарядные платья,

пойдут попарно в луга с цветами

собирать фиалки…

а мне, что ж, дома сидеть прикажешь?

Античные мотивы и образы в поэзии акмеиста Николая Гумилёва также связаны с мистикой и историософией. Валерий Брюсов, указывая на подражательный характер его лирики, отметил, что «античная» поэзия Гумилева зависима от творчества поэтов парнасской школы (Ж. М. Эредиа, Ш. Леконта де Лиля). «Его стихи только перепевы и подражания, далеко не всегда удачные» (В. Я. Брюсов).

Николай Гумилев.

Канцона вторая.

Об Адонисе с лунной красотой.

 

Об Адонисе с лунной красотой,

О Гиацинте тонком, о Нарциссе,

И о Данае, туче золотой,

Еще грустят Аттические выси.

Грустят валы ямбических морей,

И журавлей кочующие стаи,

И пальма, о которой Одиссей

Рассказывал смущенной Навзикае.

Печальный мир не очаруют вновь

Ни кудри душные, ни взор призывный,

Ни лепестки горячих губ, ни кровь,

Стучавшая торжественно и дивно.

Правдива смерть, а жизнь бормочет ложь.

И ты, о нежная, чье имя — пенье,

Чье тело — музыка, и ты идешь

На беспощадное исчезновенье.

Но, мне, увы, неведомы слова —

Землетрясенья, громы, водопады,

Чтоб и по смерти ты была жива

Как юноши и девушки Эллады.

Один из основоположников русского футуризма Велимир Хлебников, в творчестве которого сильны мифологические мотивы, также обращается к образу Адониса.

Велимир Хлебников.

Судак.

Истлели бури блеском мелы,

Проходит барин в белом, белом.

Проходит в черном весь барчук,

Видна гостиница «Боярчук»

Падал час предвечерне ранний,

В зовущие лона,

Когда в каждой девице — Диана,

В каждом юноше — Адонис.

Гасит песню ямщик, с облучка слезая,

И вечерних ресниц слеза — я.

В 1913 году петербургские эгофутуристы (И. Северянин, И. Игнатьев, К. Олимпов, В. Гнедов) даже издали альманах «Дары Адонису». А в 1921 году русский поэт-эмигрант Николай Зубов выпустил в Софии книгу стихов «Адонис».

Поэтессу Софию Парнок называли русской Сафо. Ее «Алкеевы строфы» написанные в духе переводов Вячеслава Иванова из Алкея и Сафо, можно было бы считать стилизацией, не связанной с реальными обстоятельствами жизни Парнок, если бы представленная в ней ситуация не содержала подробностей, позволяющих видеть в её персонажах переодетых в античное платье реальных лиц, связанных с Парнок: юный Адонис, тонкий, стройный, синеглазый — муж Марины Цветаевой С. Я. Эфрон, любимая — Марина Цветаева.

София Парнок

Алкеевы строфы

И впрямь прекрасен, юноша стройный, ты:

Два синих солнца под бахромой ресниц,

И кудри темноструйным вихрем,

Лавра славней, нежный лик венчают.

 

Адонис сам предшественник юный мой!

Ты начал кубок, ныне врученный мне,—

К устам любимой приникая,

Мыслью себя веселю печальной:

 

Не ты, о юный, расколдовал ее.

Дивясь на пламень этих любовных уст,

О, первый, не твое ревниво,—

Имя мое помянет любовник.

Немецкий писатель, лауреат Нобелевской премии по литературе 1929 года, Томас Манн в романе-тетралогии «Иосиф и его братья» также трактует миф об Адонисе.  Хотя непосредственно Адонис упоминается в романе только дважды (IV, 71, 457), этот образ присутствует в многочисленных ссылках на Таммуза и Осириса, с которыми он в значительной степени ассоциируется. А в вариант мифа о Таммузе, который Иосиф расссказывает своему младшему брату, интегрированны фрагменты греческого и сирийского-финикийского мифов об Адонисе.

Томас Манн. Первое издание романа «Иосиф и его братья». 1943 г.

Томас Манн. Первое издание романа «Иосиф и его братья». 1943 г.

 «В Иосифе сохранены основные контуры мифа об Адонисе. Юный герой унижен, растерзан, рассвет сменяется мраком. Иосиф – Адонис — Гильгамеш — Озирис – этот мифологический архетип вызывает зависть бездарных, и они убивают его в каком-то частном, конкретном проявлении. Но сила этого архетипа беспредельна, жизнь вновь и вновь порождает его. В этом, по Т. Манну, содержится «эзотерическая справедливость» мира» (Е. Мелетинский). Но жестокие контуры мифа об Адонисе смягчаются в судьбе Иосифа. Юноша ощущает потребность усовершенствовать предначертанный ему путь как свою важнейшую жизненную задачу. Путь в тетралогии – это и есть осознание Иосифом своей адонисовой судьбы. Иосиф одновременно человек и умирающий-воскресающий Бог: Таммуз, Осирис, Адонис, Гермес, Христос. Его разорванная одежда, которую братья приносят отцу в доказательство его гибели от зубов зверей, прямо намекает на Адониса, пораженного вепрем. «Смягчение» мифа у Т. Манна — это Иосиф, выживший там, где погиб Адонис, это «символическая», а не настоящая смерть в колодце и в крепости. Но писатель наделяет Иосифа ловкостью, дерзостью, хитростью, даже плутовством, что совершенно чуждо Адонису. Так Манн произвольно сливает два вида мифов, в ряд тождественных юношей (Адонис, Озирис и т. д.) он включает принципиально другой образ — Гермеса — Меркурия.

Следует отметить, что в конце двадцатых — начале тридцатых годов на волне модернистских тенденций в поэзии и прозе, в европейской литературе вновь активизируется интерес к образу Адониса. Например, Нобелевский лауреат, крупнейший поэт в современной греческой литературе Йоргос Сеферис в поэзии которого доминируют два символа – «мертвый Адонис, который не воскресает, бесплодный Адонис; и старик, истощенный и больной Протей».

Йоргос Сеферис.

Из цикла «Мифисторима».

Гавань состарилась. Не могу больше ждать

ни друга, что отбыл на остров сосновый,

ни друга, что отбыл на остров платанов,

ни друга, что вышел в открытое море…

Я глажу орудия ржавые, глажу весла,

так, чтобы ожило тело и стало способно к решениям верным.

Паруса мои пахнут лишь солью штормов, и,

если б решил я остаться один, то ждал бы тогда одиночества долю.

На горизонте душа раскололась на линии,

На всполохи света, цвета, молчание.

Звезды ночные помогут понять,

как ждал Одиссей появления мертвих

на сонных лугах асфоделей.

Когда мы бродили здесь среди асфоделей,

надеялись отыскать ущелье, созерцавшее раненого Адониса.

Весьма символично, что в этот период интерес к образу Адониса проявляет и советская поэзия. Так к нему обращался украинский советский поэт Максим Рыльский.

Максим Рыльский.

Адонис и Афродита.

Перевод Ю. Саенко

(Фрагмент)

Любовь живет, как мир огромный…

И в многоликости живет

Цвет, Афродите посвященный;

Он в новом, вечно обновленный,

Всегда по-новому цветет…

 

Какими ветками повита,

Какою святостью свята,

Водою вечною омыта,

Для Адониса Афродита

Раскроет страстные уста?

Позднее к нему обратился поэт Генрих Сапгир, которому принадлежит стихотворение «Умирающий Адонис», сочетающее лаконизм и разнообразие выразительных средств, точность детали, игру, гротеск, иронию и неожиданный пафос.

Генрих Сапгир.

Умирающий Адонис.

(Фрагмент).

Я – Адонис

Я хромаю и кровь течёт из бедра

Не отворачивайся Природа будь добра

Я – сын твой Адонис

Меня погубила дура из бара

Обступили какие-то хмуро и серо

Я падаю – мне не дожить до утра

Мне дурно

Вот приближается рокот мотора

Меня освещает белая фара

- Как твоё имя парень?

- Адонис

- «Адонис? Латыш наверно или эстонец»

 

Я – Адонис

Я совсем из другого мира

Там апельсины роняет Флора

Там ожидает меня Венера

И о несчастье узнает скоро

Дикие вепри

Бродят на Кипре…

Аллюзии на образ Адониса мы находим и в произведениях американского поэта Роберта Лоуэлл. «Лоуэлл не просто констатирует события, он смотрит на них с точки зрения философа и заглядывает не только в прошлое, но и в будущее. Потому, наверное, эти стихи о тирании и лицемерии, терроризме и медико-биологических экспериментах звучат так актуально и сегодня» (А. Кудрявицкий).

Роберт Лоуэлл.

Калигула.

Перевод Андрея Вознесенского

(Фрагмент).

Малыш, ты помнишь, как, зареванный,

Ты в детстве спал, обняв звереныша?

Сегодня ни одна зверюга

С тобой не ляжет. Нету друга.

А ляжет юноша осенний,

Тобой задушенный в бассейне.

Забрызган кровью бог Адонис.

Нарцисс, Калигула, подонок!

В 1956 году английский писатель, новеллист и философ Олдос Хаксли опубликовал в одноименном сборнике эссе под названием «Adonis and the Alphabet» («Адонис и алфавит»). Название эссе было вдохновлено посещением древнего Библа.

Американский писатель Роберт Говард в рассказе «Двое против Тира» («Two Against Tyre») также обращается к финикийской цивилизации и дает описание праздника Адониса в Тире, правда в весьма вольной интерпретации.

Роберт Говард.

Двое против Тира.

(Фрагмент).

 Внезапно в конце улицы показалась стонущая и ревущая процессия, заглушившая шум торговли и разговоров. Сотни женщин бежали полуголые, с распущенными по плечам черными волосами, колотя себя в грудь и вырывая себе волосы с криками нестерпимого горя. Позади них шли мужчины с носилками, на которых лежала укрытая цветами неподвижная фигура. Купцы и содержатели лавочек замерли, чтобы посмотреть и послушать…

   Вся улица, мужчины, женщины, начали выть, повторяя одни и те же слова, доводя крик до истерической ноты и начиная раскачиваться из стороны в сторону и рвать на себе одежду…

   – Теперь они воют: «Адонис жив», – сказал он. – Только что они кричали: «Таммуз мертв» – и рвали на себе одежду и ранили друг друга кинжалами. Клянусь Кромом, Ормраксис, говорю тебе – они сумасшедшие!

   Мидиец захохотал и поднял чашу:

   – Этот народ сходит с ума во время своих религиозных празднеств. Они празднуют воскрешение бога жизни, Адониса-Таммуза, которого убивает Ваал-Молох – солнце во время летнего солнцестояния. Сначала они носят мертвого идола бога, затем воскрешают его и приветствуют, как ты только что видел. Это еще ничего – ты бы посмотрел на идолопоклонников в Гевале, священном городе Адониса. Там люди режут сами себя и бросаются в грязь, чтобы быть растоптанными толпой.

Во Франции публикуются два тома мифологической дилогии Мориса Дрюона «Дневники Зевса» («Les Mémoires de Zeus») – в 1963 году «Рассвет богов» («L’Aube des Dieux»), а в 1967 году «Дни мужчин» («Les Jours des hommes»). «Я, Зевс, царь богов, бог царей, поведаю вам свою историю» С этими словами великий Громовержец обращается к смертным, живущим на Земле, чтобы донести до них правду о событиях, известных человеческому роду из мифов и легенд. В том числе и миф об Адонисе.

Дрюон Морис

Дневники Зевса.

(Фрагмент).

Хотя Персефона вполне свободна во время своего ежегодного пребывания на земле, она остается верной супругой; я хочу сказать, она вернее большинства жен. Вечно пыжась от своего царского достоинства и вообще обладая не слишком увлекающейся натурой, она обескуражила немало воздыхателей. У нее была всего одна страсть на стороне, много позже, к прекрасному Адонису, чья кровь, когда он поранил себя, окрасила розы и анемоны. Из-за этого красавца Персефона даже повздорила с возжелавшей его Афродитой. И, как это случается со всеми, и с богами, и со смертными (в том и состоит сходство смертных и богов, что их характеры приводят к сходным ситуациям), опять пришлось решать спор разделом. Каждую зиму Адонис сопровождает Персефону в Преисподнюю. Аид приспособился к его присутствию, и в их сумеречном трио отнюдь не Адонис самый неудовлетворенный.

Перу одного из наиболее известных писателей-неореалистов Сандро Занотто принадлежит роман «Адонис» (1984 г).

Количество литературных произведений посвященных мифу об Адонисе достигло критической массы во второй половине двадцатого века и одна за другой выходят книги и исследования, в которых речь идет уже не о мифе об Адонисе, а о литературных произведениях основанных на этом мифе.

В своей книге «Адонис» итальянский исследователь Карло Карузо весьма подробно разбирает, как отражался миф об Адонисе в итальянской литературе эпохи Возрождения и раннего барокко.

А английский писатель Грин Грэм пишет эссе «Беспокойное бессмертие: 450 лет со дня рождения Уильяма Шекспира», в котором наряду с другими шекспировскими темами исследует образ Адониса в творчестве Шекспира.

Грин Грэм.

Беспокойное бессмертие: 450 лет со дня рождения Уильяма Шекспира.

(Фрагмент).

В нaбросaнном волшебником портрете Сикорaксы мы отчетливо видим отвергнутое Адонисом существо — Темную Богиню, a в Кaлибaне (отпрыске Сикорaксы — «полусвинье, полувороне») узнaем Черного Вепря…

Дaлее Просперо словно бы «достaет» из бурных морских волн новорожденного Адонисa-Фердинaндa и стaвит перед Мирaндой, кaк мaрионетку… Восхищенные Фердинaнд и Мирaндa мгновенно влюбляются друг в другa. Не выходя зa рaмки «трaгического урaвнения», Шекспир делaет то, к чему тaк долго стремился Адонис в поэме «Венерa и Адонис»: отделяет обрaз целомудренной, идеaльной возлюбленной, подобной Диaне, от многоликой Венеры. Герой «Бури», новый Адонис, преднaзнaчен для Богини в светлом ее воплощении, кaк будто «другой» ее ипостaси не существует. Пятнaдцaть лет нaзaд, в поэме «Венерa и Адонис», тaкое рaзделение двух обрaзов Богини было невозможно

Другой английский писатель — Энтони Бёрджесс в 1964 году опубликовал роман «Влюблённый Шекспир» («Nothing Like the Sun: A Story of Shakespeare’s Love Life»), а в 1970 году книгу «Шекспир» (Shakespeare). В обоих произведениях он весьма подробно рассматривал история создания поэмы «Венера и Адонис».

Энтони Бёрджесс.

Влюблённый Шекспир.

(Фрагмент).

- Милорд, могу я попросить вас об одном одолжении?

- О Боже мой, неужели на всем белом свете нет такого человека, которому от меня ничего не было бы нужно? Ну все, просто все хотят меня использовать. И не только мужчины, но и женщины тоже.

- То, о чем я хочу вас просить, не будет стоить вашей светлости ровным счетом ничего. Это даже может принести славу и почести вашей светлости. Не соблаговолите ли вы принять посвященную вам поэму?

-Ну вот, опять стихи… Всегда так. И что, хорошая поэма?

- Она еще не закончена, но это будут замечательные стихи. История о Венере и Адонисе.

- Старье. Неужели нельзя написать о чем-нибудь новеньком? Ну как, Флорио, — спросил Саутгемптон, — согласимся, или же пусть он встает в конец длинной очереди просителей?

- Ничего плохого в этом нет, — пожал плечами Флорио. — Если, конечно, это приличная поэма, а не похабные вирши.

- Вот против похабства-то я ничего и не имею. Но я терпеть не могу скуки!

Уильям с горечью глядел на этого Адониса — такого апатичного, пресыщенного всем, что мог дать ему его мир.

Американский писатель-фантаст и популяризатор науки Айзек Азимов – автор книги «Путеводитель по Шекспиру. Греческие, римские и итальянские пьесы». В ней он скрупулезно разбирает каждую цитату, каждый отрывок из произведений Шекспира, имеющий привязку к реальным историческим событиям, фольклорную или мифологическую основу. Первая глава первой части книги носит название «Венера и Адонис» и посвящена разбору знаменитой поэмы Шекспира, причем анализируется как поэма, так и миф, на основе которой она была создана.

Айзек Азимов

Путеводитель по Шекспиру. Греческие, римские и итальянские пьесы.

(Фрагмент).

Средневековая Европа знала греческие мифы в пересказах римских авторов (того же Овидия) и поэтому использовала только римские имена. Шекспир ни разу не упоминает оригинальных имен древнегреческих богов…

Шекспир значительно отступает от первоисточника — по крайней мере в одном отношении. У него Адонис неохотно отвечает на любовь Венеры. «Увлекшись ловлей, он любовь клянет», поэтому Венера в силу крайней необходимости вынуждена изменять привычкам своего пола: проявлять инициативу и даже использовать силу, как какой-нибудь «дерзкий жалобщик»

Изобразив Адониса равнодушным к Венере, Шекспир получил возможность использовать свой поэтический дар для воспроизведения не столь заезженной темы, как мужское поклонение женской красоте. Он обращается к теме куда более трудной и менее знакомой — женскому поклонению мужской красоте.

Британский писатель, поэт и литературный критик Питер Акройд в 2005 году опубликовал книгу «Шекспир: Биография» («Shakespeare: The Biography»), в которой также посвятил целую главу истории написания поэмы «Венера и Адонис».

Питер Акройд.

Шекспир: Биография.

(Фрагмент)

 Хотя она и вполовину не несла на себе тех порнографических черт, какими отличались некоторые поэмы, ходившие тогда в списках, она вызвала порицание Джона Девиса как «грязный вздор». Томас Мидлтон включил ее в список «непристойных памфлетов». «Венера и Адонис» — поэма о всепоглощающем вожделении к молодому человеку, значительно превосходящая по страстности даже «Смерть в Венеции» Томаса Манна, и кажется, будто Шекспир писал ее с великим удовольствиемв этой поэме шекспировское драматическое воображение превзошло себя. Никогда не было в Англии писателя более свободного или более искусного

В российской поэзии XXI века к образу Адониса в сборнике «Дирижёр тишины» обращался поэт и философ Константин Кедров.

Константин Кедров.

Дирижёр тишины.

Один.

На одной чаше весь мир и Бог На другой чаше лишь я один А во мне плюс-минус тройка богов Адонис-Адонай-Один

Единица – вздор единица – вздор но Один всегда один в середине гор в глубине озер Адонай и Один един

Чаша изливает себя до дна Я один Адонис и ты одна

Ничего не весит предвечный Бог оставаясь только собой Стрелка на весах – нулевой итог Я и Бог – итог нулевой

Современный русский поэт Максим Амелин, творческую манеру которого Татьяна Бек определила, назвав его «архаистом-новатором» автор переводов произведений Катулла, Пиндара, Гомера и других античных классиков. И уже только поэтому он не может обойти вниманием фигуру Адониса.

Максим Амелин.

Из сборника Холодные оды.

(Фрагмент)

Трудно не быть игрушкой в шестипалых ладонях

времени Эхнатона, Августа и Пери-

кла. Вчера веселился, завтра умрет Адонис, -

полночь, мгновенье между остановись, замри.

Пересказывает миф об Адонисе и Афродите современный французский писатель и философ Бернар Вербер в 96 главе книги «Мы, Боги».

Бернард Вербер

Мы, Боги.

(Фрагмент)

Среди любовников Афродиты также Адонис, красивый пастух, отцом которого был ее бывший спутник Кинир, кипрский царь. Однако Арес, все еще влюбленный в богиню и мучимый ревностью, наслал на юношу дикого кабана, растерзавшего его на глазах возлюбленной. Из его крови вырос цветок анемоны.

Атрибутами Афродиты являются мирты, розы, фрукты, имеющие колючки, а также яблоки и гранаты, считающиеся символами плодородия.

Американский писатель Рик Риордан в романе «Греческие боги. Рассказы Перси Джексона»(2014 г.) из цикла «Перси Джексон и боги-олимпийцы» дает собственную трактовку мифа об Афродите и Адонисе.

Рик Риордан.

Греческие боги. Рассказы Перси Джексона.

(Фрагмент).

Адонис был еще круче.

      В какой-то момент — причем одновременно — Персефона и Афродита обнаружили для себя, что Адонис уже не ребенок. Он стал потенциальным бойфрендом. И схватка началась.

      - Он мой! - заявила Персефона. - Я занималась им чаще!

      - Ну уж нет! - возмутилась Афродита. - Я нашла его в том дереве! И вообще, он явно любит меня больше! Не так ли, радость моя?

      Адонис сглотнул…

      -  Я… я не могу выбрать, -  сказал Адонис. — Вы обе великолепны.

      И тогда две богини отвели Адониса на Олимп и обратились за решением к Зевсу.

      Глаза Зевса лукаво заблестели.

      - Да ты счастливчик, Адонис.

      Адонис так не считал. Он чувствовал себя последним кусочком торта на дне рождения с дюжиной голодных детишек, но все же нервно кивнул.

В романе российского писателя Виктора Пелевина «Смотритель» (2015 г) действует персонаж названный «архат Адонис» (архат в буддизме — человек, достигший полного освобождения и вышедший из «колеса перерождений»).

Виктор Пелевин.

Смотритель

(Фрагмент).

Хорошо, — сказал я. — Что останется, если отбросить веру?

— В каждый момент, — ответил Адонис, — возникнет новая конфигурация материальности и мысли, а прежняя исчезает. Процесс неостановим. Даже составляющие материю частицы уже другие. И ни в один конкретный момент так называемого «человека» нет. Есть только этот неуловимый фронт. Человек появляется лишь в памяти. Он возникает где-то «вообще», в воображении — вот как эта экранная пещера. И то же самое относится ко всему миру…

А сирийский поэт и эссеист Али Ахмад Саид Асбар даже взял себе псевдоним «Адонис», связанный с возрождением интереса к мифу об Адонисе в арабской поэзии середины ХХ века, главным образом, среди последователей движения «Свободный стих». Он использовал миф о своем тезке во многих своих стихотворениях, например, в «Wave I».

Поэт Адонис. 2011 г.

Поэт Адонис. 2011 г.

Весьма обширна и иконография Адониса.

Венера и Адонис. ок. 410 г. до н.э.

Венера и Адонис. ок. 410 г. до н.э.

Гибель Адониса. Григорианский этрусский музей (Ватикан).

Гибель Адониса. Григорианский этрусский музей (Ватикан).

Он один из самых популярных персонажей античной живописи (помпейские фрески, вазопись) и пластики (рельефы саркофагов, погребальных урн).

Гибель Адониса на охоте от удара вепря. Рисунок по барельефу на древнеримском саркофаге.

Гибель Адониса на охоте от удара вепря. Рисунок по барельефу на древнеримском саркофаге.

В Помпеях найдена мегалографическая фреска, изображающая Адониса, умирающего в объятиях Афродиты в окружении фигур Хирона и Ахиллеса.

Мегалографическая фреска, найденная в Помпеи, изображающая Адониса, умирающего в объятиях Афродиты в окружении фигур Хирона и Ахиллеса.

Мегалографическая фреска, найденная в Помпеи, изображающая Адониса, умирающего в объятиях Афродиты в окружении фигур Хирона и Ахиллеса.

Мегалографическая фреска, найденная в Помпеи, изображающая Адониса, умирающего в объятиях Афродиты в окружении фигур Хирона и Ахиллеса.

Мегалографическая фреска, найденная в Помпеи, изображающая Адониса, умирающего в объятиях Афродиты в окружении фигур Хирона и Ахиллеса.

Мотив смерти Адониса часто встречаемый на саркофагах. В Палаццо Дукале (герцогский дворец Гонзага) в Мантуи сохранился саркофаг из паросского мрамора конца II в. н. э. На нем изображен миф об Афродите и Адонисе.

Фронтальная панель саркофага с мифом об Афродите и Адонисе. Смерть Адониса (деталь). Паросский мрамор. Конец II в. н. э. Мантуя, Палаццо Дукале (герцогский дворец Гонзага).

Фронтальная панель саркофага с мифом об Афродите и Адонисе. Смерть Адониса (деталь). Паросский мрамор. Конец II в. н. э. Мантуя, Палаццо Дукале (герцогский дворец Гонзага).

В Национальном музее в Неаполе находится античная скульптура Адониса —  римская копия эллинистического оригинала III-II веков до н. э. приписываемого выдающемуся древнегреческому художнику и скульптору, коринфеянину Евфранору.

Античная статуя Адониса (IV век до н.э.).

Античная статуя Адониса (IV век до н.э.).

Сохранился также ряд древнегреческих сосудов и ваз с изображением Афродиты и Адониса.

Довольно часто миф об Адонисе встречается и на этрусских бронзовых зеркалах.

Бронзовое зеркало этрусков. Венера и Прозерпина спорят перед Юпитером за обладание малышом Адонисом, который лежит в сундуке. Имена богов написаны архаической латынью и различным шрифтом: Venos, Diovem, Prosepnai (Венера жалуется Юпитеру на Прозерпину). Зеркало из Пренесте, найденное в Орбетелло.

Бронзовое зеркало этрусков. Венера и Прозерпина спорят перед Юпитером за обладание малышом Адонисом, который лежит в сундуке. Имена богов написаны архаической латынью и различным шрифтом: Venos, Diovem, Prosepnai (Венера жалуется Юпитеру на Прозерпину). Зеркало из Пренесте, найденное в Орбетелло.

Известны и изображения посвященные «Садам Адониса».

Сады Адониса. Краснофигурный арибаллос.

Сады Адониса. Краснофигурный арибаллос.

Если в Средние века европейское искусство обращается к мифу об Адонисе эпизодически, да и то в основном в книжной миниатюре (в иллюстрациях к Овидию), то художники эпохи Возрождения, напротив, весьма часто вдохновлялись этим мифом.

Уже с начала шестнадцатого века миф об Адонисе находит воплощение во множестве произведений живописи. Но наибольшее распространение приобрели сюжеты: «Венера и Адонис», «Гибель Адониса», «Венера оплакивает Адониса».

Венера оплакивает смерть Адониса. Французская школа. Вторая половина XVI века.

Венера оплакивает смерть Адониса. Французская школа. Вторая половина XVI века.

Буквально каждая из итальянских школ живописи отметилась произведениями на эту тему.

Так живописец венецианской школы Паоло Веронезе дважды обращался к сюжету «Венера и Адонис». Впервые — около 1562 года. Написанное им полотно хранится в Госудаственном собрании искусств Аугсбурга.

Паоло Веронезе. Венера и Адонис. Около1562 г.

Паоло Веронезе. Венера и Адонис. Около 1562 г.

Другая картина Веронезе — «Венера и Адонис» написанная в 1580 году хранится в Музее Прадо в Мадриде. Фигуры мифологических персонажей здесь изображены на фоне ночного пейзажа; густота вечернего неба и красное одеяние Адониса оттеняется кремовой белизной обнаженного женского тела. А играющий Амур в образе ребенка и спящая рядом собака придают картине ощущение мира и покоя.

Паоло Веронезе. Венера и Адонис. 1580 г.

Паоло Веронезе. Венера и Адонис. 1580 г.

Еще более полюбился этот сюжет Тициану Вечеллио. Наиболее известно его полотно «Венера и Адонис» написанное около 1553 года. Картина входит в серию из семи работ Тициана, созданных для испанского короля Филиппа II. Эти картины в то время считались настолько откровенными, что их завешивали гардиной, в присутствии дам. Тициан называл свою картину поэмой: сюжет взят из мифологии, но поэтически обработан. Он изобразил обнаженную Венеру, вцепившуюся в молодого охотника, который не обращает внимания на ее мольбы и готов отправиться на рассвете на охоту. Купидон спит под деревом, в то время как с солнечными лучами наступает роковой день. В настоящее время эта картина выставлена в музее Прадо в Мадриде.

Тициан. Венера и Адонис. Около 1553 г.

Тициан. Венера и Адонис. Около 1553 г.

Позднее Тициан написал ещё несколько вариантов этой картины, которые сейчас хранятся в Лондонской Национальной галерее, музее Гетти в Лос-Анджелесе, нью-йоркском музее Метрополитен, музее Ашмола в Оксфорде, римской Национальной галерее старинного искусства, а также в Национальной галерее искусства в Вашингтоне.

Тициан. Венера и Адонис. Рим. Около 1560 г.

Тициан. Венера и Адонис. Рим. Около 1560 г.

Тициан. Венера и Адонис. Нью-Йорк. Около 1560 г.

Тициан. Венера и Адонис. Нью-Йорк. Около 1560 г.

Из других художников венецианской школы картинами на тему мифа об Адонисе отметились Себастьяно Лучиани (более известный как Себастьяно дель Пьомбо) и Парис Бордоне.

Себастьяно дель Пьомбо. Смерть Адониса. 1505 г.

Себастьяно дель Пьомбо. Смерть Адониса. 1505 г.

Парис Бордоне. Венера и Адонис. 1560 г.

Парис Бордоне. Венера и Адонис. 1560 г.

Живописец и гравёр болонской школы Аннибале Карраччи в 1595 году написал картину «Адонис находит Венеру». В этой картине явно прослеживается влияние венецианской школы живописи. Полотно вероятно написанное сразу же после посещения художником Венеции явилось своего рода данью уважения Джорджоне, Тициану и Веронезе. От первого Карраччи унаследовал принцип объединения обнаженной натуры с пейзажем, от второго - выразительную светотеневую моделировку, от третьего - роскошные формы Венеры, а от всех, вместе взятых, - жизнерадостную атмосферу возвышенной чувственности и откровенное любование телесной красотой.

Аннибале Карраччи. Венера и Адонис. (Адонис находит Венеру).

Аннибале Карраччи. Венера и Адонис. (Адонис находит Венеру).

Кисти другого художника болонской школы Франческо Альбани принадлежит картина «Осень» («Венера и Адонис») написанная в 1616-1617 годах.

Франческо Альбани. Осень (Венера и Адонис). 1616-1617 гг.

Франческо Альбани. Осень (Венера и Адонис). 1616-1617 гг.

Та же тема раскрывается и в работе Джан Джакопо Каральо «Венера и Адонис» написанной около  1527 года.

Джан Джакопо Каральо. Венера и Адонис. Около  1527 г.

Джан Джакопо Каральо. Венера и Адонис. Около 1527 г.

Итальянский живописец флорентийской школы Россо Фьорентино работавший в Италии и Франции автор фрески «Смерть Адониса» в Фонтенбло.

Россо Фьорентино. Смерть Адониса. Фреска. Галерея Франциска I. Фонтебло. 1535-1540 гг.

Россо Фьорентино. Смерть Адониса. Фреска. Галерея Франциска I. Фонтебло. 1535-1540 гг.

Россо Фьорентино. Венера и Адонис.

Россо Фьорентино. Венера и Адонис.

Смерть Адониса также является сюжетной основой картин таких итальянских художников как Антонио Темпеста и Якопо Дзангвиди Бертойя.

Антонио Темпеста. Венера оплакивает смерть Адониса. 1606 г.

Антонио Темпеста. Венера оплакивает смерть Адониса. 1606 г.

Бертойя Якопо Дзангвиди. Гибель Адониса.

Бертойя Якопо Дзангвиди. Гибель Адониса.

А художник-маньерист Лука Камбьязо оставил сразу несколько собственных вариантов прочтения мифа о Венере и Адонисе.

Лука Камбьязо. Венера и Адонис.

Лука Камбьязо. Венера и Адонис.

Лука Камбьязо. Венера и Адонис.

Лука Камбьязо. Венера и Адонис.

Лука Камбьязо. Венера и Адонис.

Лука Камбьязо. Венера и Адонис.

Лука Камбьязо. Венера и нимфы оплакивающие смерть Адониса.

Лука Камбьязо. Венера и нимфы оплакивающие смерть Адониса.

Этот сюжет также был весьма распространен в итальянском прикладном искусстве этой эпохи.

Рождение Адониса из ствола миррового дерева. Изображение на блюде. Фаянс. 16 в. Урбино, Национальная галерея Марке.

Рождение Адониса из ствола миррового дерева. Изображение на блюде. Фаянс. 16 в. Урбино, Национальная галерея Марке.

Итальянский гравер из Мантуи Джорджио Гизи, который также работал в Антверпене и во Франции выступил в качестве иллюстратора поэмы Овидия «Метаморфозы».

Джорджио Гизи. Венера и Адонис. 1570 г.

Джорджио Гизи. Венера и Адонис. 1570 г.

В Нидерландах в эту эпоху, к мифу об Адонисе обращались художники Корнелис Корнелиссен («Венера и Адонис» 1614 г.), Абрахам Блумарт («Венера и Адонис» 1632 г.), Иоахим Антонис Эйтевал («Венера и Адонис»), Дирк де Кваде ван Равестейн («Венера, Адонис и Амур») и гравер Филипп Галле («Рождение Адониса» 1577 – 1581 гг., «Венера оплакивает смерть Адониса» 1577 – 1581 гг.).

Корнелис Корнелиссен. Венера и Адонис. 1614 г.

Корнелис Корнелиссен. Венера и Адонис. 1614 г.

Абрахам Блумарт. Венера и Адонис. 1632 г.

Абрахам Блумарт. Венера и Адонис. 1632 г.

Иоахим Антонис Эйтевал. Венера и Адонис.

Иоахим Антонис Эйтевал. Венера и Адонис.

Дирк де Кваде ван Равестейн. Венера, Адонис и Амур.

Дирк де Кваде ван Равестейн. Венера, Адонис и Амур.

Филипп Галле. Рождение Адониса. 1577 – 1581 гг.

Филипп Галле. Рождение Адониса. 1577 – 1581 гг.

Филипп Галле. Венера оплакивает смерть Адониса. 1577 – 1581 гг.

Филипп Галле. Венера оплакивает смерть Адониса. 1577 – 1581 гг.

Отдали дань мифу и фламандские художники Хендрик де Клерк («Венера и Адонис»), Бартоломеус Спрангер («Венера и Адонис» — 1587 г., «Венера и Адонис» — 1597 г.), Абрахам Янсенс («Венера и Адонис» — около 1620 г.).

Хендрик де Клерк. Венера и Адонис.

Хендрик де Клерк. Венера и Адонис.

Бартоломеус Спрангер. Венера и Адонис. Около 1587 г.

Бартоломеус Спрангер. Венера и Адонис. Около 1587 г.

Бартоломеус Спрангер. Венера и Адонис. 1597 г.

Бартоломеус Спрангер. Венера и Адонис. 1597 г.

Абрахам Янсенс. Венера и Адонис. Около 1620 г.

Абрахам Янсенс. Венера и Адонис. Около 1620 г.

Немецкий рисовальщик и гравер Вергилий Солис создал ряд гравюр к «Метаморфозам» Овидия иллюстрирующих миф об Адонисе.

Вергилий Солис. Мирра и Кинир. Гравюра иллюстрирующая «Метаморфозы» Овидия.

Вергилий Солис. Мирра и Кинир. Гравюра иллюстрирующая «Метаморфозы» Овидия.

А кисти швейцарского художника Йозефа Хейнца принадлежит картина «Венера и Адонис» (1595 г.).

Йозеф Хейнц (Старший). Венера и Адонис. 1595 г.

Йозеф Хейнц (Старший). Венера и Адонис. 1595 г.

В семнадцатом веке в среде живописцев доминирует не столько интерес собственно к мифу об Адонисе, сколько возможность, используя его сюжет придавать полотнам откровенно эротический характер. Таковы произведения итальянских художников Бенедетто Лути, Франческо Альбани и Филиппо Лаури, Алессандро Варотари (Падованино).

Бенедетто Лути. Венера и Адонис.

Бенедетто Лути. Венера и Адонис.

Франческо Альбани. Венера и Адонис. 1621-1623 гг.

Франческо Альбани. Венера и Адонис. 1621-1623 гг.

Франческо Альбани. Осень (Венера и Адонис). 1616-1617 гг.

Франческо Альбани. Осень (Венера и Адонис). 1616-1617 гг.

Филиппо Лаури. Венера и Адонис. 1650 г.

Филиппо Лаури. Венера и Адонис. 1650 г.

Алессандро Варотари (Падованино). Венера, Адонис и Амур.

Алессандро Варотари (Падованино). Венера, Адонис и Амур.

Алессандро Варотари (Падованино). Венера и Адонис.

Алессандро Варотари (Падованино). Венера и Адонис.

Целый ряд итальянских художников этой эпохи интерпретировали в своих полотнах темы рождения и смерти Адониса. Такова, например фреска представителя неаполитанской школы Лука Джордано выпаленная им для Дворца Медичи-Риккарди в 1684-1686 году.

Лука Джордано. Смерть Адониса. Фреска. Флоренция. Палаццо Медичи-Риккарди. 1684-1686 гг.

Лука Джордано. Смерть Адониса. Фреска. Флоренция. Палаццо Медичи-Риккарди. 1684-1686 гг.

А также картины Джованни Гверчино  («Венера и мертвый Адонис», Маркантонио Франческини («Рождение Адониса», «Смерть Адониса», «Превращение мертвого Адониса»), Джованни Баттиста Гаулли («Гибель Адониса»), Джулио Карпиони («Рождение Адониса»).

Гравюра с картины Джованни Гверчино «Венера и мертвый Адонис». Картина погибла в 1945 г.

Гравюра с картины Джованни Гверчино «Венера и мертвый Адонис». Картина погибла в 1945 г.

Маркантонио Франческини. Рождение Адониса. 1685-1690 гг.

Маркантонио Франческини. Рождение Адониса. 1685-1690 гг.

Маркантонио Франческини. Рождение Адониса. 1692 г.

Маркантонио Франческини. Рождение Адониса. 1692 г.

Маркантонио Франческини. Смерть Адониса.

Маркантонио Франческини. Смерть Адониса.

Маркантонио Франческини. Превращение мертвого Адониса.

Маркантонио Франческини. Превращение мертвого Адониса.

Джованни Баттиста Гаулли. Гибель Адониса.

Джованни Баттиста Гаулли. Гибель Адониса.

Джованни Баттиста Гаулли. Гибель Адониса.

Джованни Баттиста Гаулли. Гибель Адониса.

Джулио Карпиони. Рождение Адониса.

Джулио Карпиони. Рождение Адониса.

Итальянские скульпторы эпохи барокко создают многочисленные скульптурные интерпретации мифа (Алессандро Альгарди «Венера и Адонис», Филиппо Пароди «Адонис», Джованни Франческо Сусини «Венера и Адонис», Франческо Фанелли «Венера и Адонис»).

Алесандро Альгарди. Венера и Адонис.

Алесандро Альгарди. Венера и Адонис.

Джованни Франческо Сусини. Венера и Адонис. 1620-1630 гг.

Джованни Франческо Сусини. Венера и Адонис. 1620-1630 гг.

Франческо Фанелли. Венера и Адонис. 1640 г.

Франческо Фанелли. Венера и Адонис. 1640 г.

Франческо Фанелли. Венера и Адонис.

Франческо Фанелли. Венера и Адонис.

Но особой популярностью пользовался сюжет об Адонисе во Франции, где сменявшие друг друга в семнадцатом веке барокко, рококо и классицизм тяготели к историко-мифологическим сюжетам.

Так Никола Пуссен стоявший у истоков живописи классицизма оставил целый массив полотен посвященных легенде о Венере и Адонисе.

Никола Пуссен. Венера и Адонис. 1624 г.

Никола Пуссен. Венера и Адонис. 1624 г.

Никола Пуссен.  Вид Гроттаферраты с Венерой и Адонисом и Пейзажем с богом реки. 1626 г.

Никола Пуссен. Вид Гроттаферраты с Венерой и Адонисом и Пейзажем с богом реки. 1626 г.

Никола Пуссен. Венера и Адонис. 1628-1629 гг.

Никола Пуссен. Венера и Адонис. 1628-1629 гг.

Никола Пуссен. Венера и Адонис. 1625-1626 гг.

Никола Пуссен. Венера и Адонис. 1625-1626 гг.

Никола Пуссен. Венера оплакивает Адониса. 1626 г.

Никола Пуссен. Венера оплакивает Адониса. 1626 г.

Художник эпохи барокко Лоран де Ла Гир  в одной из ранних своих картин — «Мертвый Адонис» — продемонстрировал знание анатомии и перспективы, искусную моделировку, владение сложным ракурсами, а также мастерство в трактовке пейзажа и анималистический дар.

Лоран де Ла Гир. Мертвый Адонис.

Лоран де Ла Гир. Мертвый Адонис.

Хотя большинство произведений на мифологические темы художника Николы Миньяра не дошли до нашего времени, сохранились три его картины на темы мифа об Адонисе.

Никола Миньяр. Венера и Адонис. Около 1650 г.

Никола Миньяр. Венера и Адонис. Около 1650 г.

Никола Миньяр. Венера и Адонис.

Никола Миньяр. Венера и Адонис.

Французский художник Жан-Франсуа де Труа писавший в стиле рококо так же не обошел вниманием этот миф. В его картине «Венера и Адонис» фигуры изящны, но условны, колорит гармоничен, но ненатурален.

Жан-Франсуа де Труа. Венера и Адонис.

Жан-Франсуа де Труа. Венера и Адонис.

Свои интерпретации мифа об Адонисе оставили французский исторический живопописец Франсуа Александр Вердье («Рождение Адониса»), живописец-монументалист Симон Вуэ («Венера и Адонис»), Луи Жан Франсуа Лагрене («Венера и Адонис»), Луи Галош («Венера и Адонис»), Бон де Булонь Старший («Венера превращает кровь Адониса в анемоны»), Жан-Лоран Монье («Смерть Адониса»).

Франсуа Вердье. Рождение Адониса.  1698 г.

Франсуа Вердье. Рождение Адониса. 1698 г.

Симон Вуэ. Венера и Адонис. Около 1642 г.

Симон Вуэ. Венера и Адонис. Около 1642 г.

Луи Жан Франсуа Лагрене. Венера и Адонис.

Луи Жан Франсуа Лагрене. Венера и Адонис.

Луи Галош. Венера и Адонис.

Луи Галош. Венера и Адонис.

Бон де Булонь Старший. Венера превращает кровь Адониса в анемоны.

Бон де Булонь Старший. Венера превращает кровь Адониса в анемоны.

Жан-Лоран Монье. Смерть Адониса.

Жан-Лоран Монье. Смерть Адониса.

В творчестве испанского художника эпохи барокко Хосе де Рибера по прозвищу Спаньолетто, жившего и работавшего в итальянском Неаполе преобладали мифологические и религиозные темы. Поэтому неудивительно что его кисти принадлежит картина «Адонис и Афродита». Неаполи­танский художник начала XVIII века Паоло ди Маттейса так характеризовал творчество Рибера: «Он достигает обмана зрения, тщательно выписывая все пастозной краской и за­кругляя мазки так, как закругляются сами мускулы, в чем ему невозможно подражать, что нельзя сделать лучше и что кажется чудом».

Хосе де Рибера. Адонис и Афродита. 1637 г.

Хосе де Рибера. Адонис и Афродита. 1637 г.

В Нидерландах, где в семнадцатом веке получило распространение графическое искусство, целый ряд художников посвятили свои гравюры мифу об Адонисе. Среди них наибольшей известностью пользовались произведения Якоба Матама и Яна Верколье.

Якоб Матам. Адонис. 1631 г.

Якоб Матам. Адонис. 1631 г.

Ян Верколье. Венера и Адонис.

Ян Верколье. Венера и Адонис.

Свои полотна посвятили Адонису нидерландские художники Кристиан ван Каувенберг, Корнелис Хольштейн, Хендрик Гольциус, Фердинанд Боль.

Кристиан ван Каувенберг. Венера и Адонис. 1645 г.

Кристиан ван Каувенберг. Венера и Адонис. 1645 г.

Корнелис Хольштейн. Венера и Купидон оплакивают гибель Адониса.

Корнелис Хольштейн. Венера и Купидон оплакивают гибель Адониса.

Хендрик Гольциус. Венера и Адонис. 1614 г.

Хендрик Гольциус. Венера и Адонис. 1614 г.

Фердинанд Боль. Венера и Адонис. 1658 г.

Фердинанд Боль. Венера и Адонис. 1658 г.

А голландский портретист Якоб Франц ван дер Мерк, даже создал портрет супружеской пары стилизованный под образы Венеры и Адониса.

Якоб Франц ван дер Мерк. Портрет пары в образе Венеры и Адониса. 1647 г.

Якоб Франц ван дер Мерк. Портрет пары в образе Венеры и Адониса. 1647 г.

К популярному мифу обращался и Якоб ван Лоо, чьи полотна отличались уточнённым подбором красок.

Якоб ван Лоо. Венера и Адонис.

Якоб ван Лоо. Венера и Адонис.

Якоб ван Лоо. Венера оплакивающая Адониса.

Якоб ван Лоо. Венера оплакивающая Адониса.

А также Абрахам Блумарт, Жозеф Поелинк, Якоб Адриансзоа Баккер, Ян Мейтенс, Иоахим Эйтевал, Ламберт Сустрис.

Абрахам Блумарт. Венера и Адонис.

Абрахам Блумарт. Венера и Адонис.

Якоб Адриансзон Баккер. Венера и Адонис.

Якоб Адриансзон Баккер. Венера и Адонис.

Ян Мейтенс. Венера и Адонис.

Ян Мейтенс. Венера и Адонис.

Иоахим Эйтевал. Венера и Адонис.

Иоахим Эйтевал. Венера и Адонис.

Ламберт Сустрис. Смерть Адониса. 1620 г.

Ламберт Сустрис. Смерть Адониса. 1620 г.

Из многочисленных скульптур этой эпохи посвященных мифу об Адонисе следует выделить работу нидерландского скульптора Адриена де Вриса «Венера и Адонис», которой в 11620-1621 годах он украсил Валленштейнский дворец в Праге.

Адриен де Врис. Венера и Адонис. 1620-1621 гг.

Адриен де Врис. Венера и Адонис. 1620-1621 гг.

Кажется естественным, что крупнейший фламандский живописец, воплотивший в своих произведениях подвижность, безудержную жизненность и чувственность европейской живописи эпохи барокко Питер Пауль Рубенс также не обошел своим вниманием сюжет мифа об Адонисе. Для Рубенса нагота практически эквивалентна женственности , а его  Адонис («Венера и Адонис») почти такой же пухлый, как и любимые им пышные женские тела.

Питер Пауль Рубенс. Венера и Адонис. Середина 1630-х годов.

Питер Пауль Рубенс. Венера и Адонис. Середина 1630-х годов.

Питер Пауль Рубенс. Венера и Адонис. Около 1614 г.

Питер Пауль Рубенс. Венера и Адонис. Около 1614 г.

Питер Пауль Рубенс. Смерть Адониса. Около 1614 г.

Питер Пауль Рубенс. Смерть Адониса. Около 1614 г.

К изображению мифологических сцен постоянно обращался известный фламандский художник эпохи барокко Томас Виллебортс Босхарт. К слову его привлекал к сотрудничеству, для создания большого мифологического цикла, Рубенс. С 1641 по 1654 год Босхарт написал, по заказу правителя Гааги, принца Фредерика Генриха Оранского цикл картин на тему «Венера и Адонис» для украшения его загородной резиденции близ Гааги.

Композицию «Венера, оплакивающая смерть Адониса» Босхарт повторял несколько раз. Фигуры Венеры, Амура и тело мертвого Адониса композиционно объединены в почти равнобедренный треугольник, создающий ощущение ясности, монументальности, гармонии, свойственные классическому искусству. Но эта гармония разбивается изломанными линиями внутри треугольника, образуемыми жестами и положениями тел. Ощущение напряжения и драматизма поддерживается также колоритом картины, построенным на контрасте красного и голубого, теплого и холодного цветов.

Томас Виллебортс Босхарт. Венера, оплакивающая смерть Адониса. 1642-1650 гг.

Томас Виллебортс Босхарт. Венера, оплакивающая смерть Адониса. 1642-1650 гг.

На художественный стиль художника Якоба Йорданса, без сомнения, также оказал влияние Рубенс. Известно, что он иногда привлекал его для выполнения эскизов будущих больших картин.

Но хотя Йорданс во многом продолжал мотивы творчества Рубенса, его работы отличаются склонностью к большему реализму, наличием большего числа персонажей и присутствием элементов бурлеска даже на полотнах на религиозные или мифологические темы, как например, на картине «Венера и Адонис».

Якоб Йорданс. Венера и Адонис.

Якоб Йорданс. Венера и Адонис.

Живописец Теодор ван Тюльден также сотрудничал с Рубенсом, помогая ему в некоторых из его работ.

Теодор ван Тюльден. Венера и Адонис.

Теодор ван Тюльден. Венера и Адонис.

Фламандский художник Абрахам Янсенс автор одной из наиболее известных интерпретация мифа об Адонисе и Венере эпохи барокко.

Абрахам Янсенс. Венера и Адонис.

Абрахам Янсенс. Венера и Адонис.

Весьма многочисленны и скульптурные композиции фламандских мастеров на темы мифа об Адонисе.

Например, работы скульптора Франциса ван Боссуита — автора многочисленных мелких барельефов в основном из слоновой кости, терракоты и дерева.

Францис ван Боссуит. Венера и Адонис. 1685-1692 гг.

Францис ван Боссуит. Венера и Адонис. 1685-1692 гг.

Античный мраморный торс Адониса, воссозданный фламандским барочным скульптором Франсуа Дюкенуа, во многом предвосхитил трактовку классической древности у Винкельмана и Кановы. Известный биограф итальянских художников эпохи барокко Джан Пьетро Беллори превозносил искусство Дюкенуа за то, что он «поднял современное ваяние до уровня Древнего Рима».

Франсуа Дюкенуа. Адонис.

Франсуа Дюкенуа. Адонис.

 Восемнадцатый век в европейской живописи, по-прежнему отмечен острым интересом к мифу об Адонисе.

Ему посвятили свои работы итальянские художники Маркантонио Франческини, Якопо Амигони и Гаспаре Ланди.

Маркантонио Франческини. Рождение Адониса: его мать Кинира держит младенца на руках. 1700 г.

Маркантонио Франческини. Рождение Адониса: его мать Кинира держит младенца на руках. 1700 г.

Якопо Амигони. Венера и Адонис. ок. 1740 г.

Якопо Амигони. Венера и Адонис. ок. 1740 г.

Гаспаре Ланди. Венера, Адонис и Купидон.

Гаспаре Ланди. Венера, Адонис и Купидон.

Представитель венецианской школы живописи Себастьяно Риччи в 1706-1707 годах работал вместе с художником Джузеппе Тонелли над украшением комнат Палаццо Питти («Венера и Адонис»). Эти работы принесли ему европейскую славу.

Себастьяно Риччи. Венера и Адонис. Фреска.  Флоренция. Палаццо Питти. Кессон первого этажа летнего дома Фердинандо Медичи. 1706-1708 гг.

Себастьяно Риччи. Венера и Адонис. Фреска.
Флоренция. Палаццо Питти. Кессон первого этажа летнего дома Фердинандо Медичи. 1706-1708 гг.

Сюжет скульптурной группы «Гибель Адониса» итальянского скульптора Джузеппе Маццуола взят из «Метаморфоз» Овидия. Маццуола работал над ней около тридцати лет. Статуя была завершена в 1709 году.

Начатое в XVII столетии и завершенное в следующем, это произведение воплотило в себе все особенности позднего барокко. Скульптор изобразил Адониса в момент, когда, сбитый на бегу вепрем, он готов упасть: стремительное движение остановлено, фигура юноши застыла в сложном повороте. Эффектно перекинутый через плечо Адониса плащ придает силуэту статуи беспокойство и живописность. Разнообразная обработка мрамора — от искусной полировки до шероховатой поверхности, передающей жёсткую щетину кабана — усиливает декоративность произведения. «Добиваясь впечатления правдивости происходящего на наших глазах события, мастер строит фигуру в реальном пространстве, располагая ее в нескольких планах. Адонис пересекает подножие по диагонали. Он движется как бы из глубины на зрителя. Основанию фигуры придана форма четырехугольника, почти квадрата, обращенного углом к зрителю. Потому оно и скошено, понижаясь к этому углу. Здесь главная точка обозрения статуи. Обломок копья, упавший на землю, своим положением также подчеркивает диагональ. Подножие фигуры воспринимается как намек на пейзаж, которого не может изобразить скульптор. Под ногами Адониса неровная почва, заросшая подорожником и анемонами, распустившимися из капель крови Адониса, оросивших землю. Это — живая природа, реальный мир. Плащ, перекинутый через правое плечо, словно раздуваемый резким порывом ветра, усиливает впечатление стремительности движения. Его прихотливо извивающиеся складки лишают контур фигуры пластической четкости, образуя беспокойный, живописный силуэт» (Л. Я. Латт).

Биограф Маццуолы, его современник Леоне Пасколи рассказывает, что статую Адониса мастер делал не по заказу, а «для своего собственного удовольствия».

Статуя «Смерть Адониса» пользовалась в свое время шумным успехом. В книге немецкого поэта Гете «Винкельман и его столетие» говорится, что «одна статуя «Адониса» стоит всего искусства Маццуолы вместе взятого». Известно, что итальянское правительство предполагало подарить ее королю Дании. Но датский король так и не приехал в Италию, и статуя осталась в мастерской Маццуолы. Позднее кардинал Барберини, меценат, владелец богатейшей коллекции произведений искусства, решил приобрести «Адониса» для своего дворца. Спустя восемь лет, в 1717 году, кардинал Барберини подарил статую претенденту на английский престол Якову III, сыну эмигрировавшего во Францию английского короля Якова II. Затем статуя потерялась, пока в 1923 году не была обнаружена в революционном Петрограде на лестнице особняка, принадлежавшего раньше графине В. В. Мусиной-Пушкиной. «Общество изучения, популяризации и художественной охраны старого Петербурга», которому принадлежит честь открытия статуи, передало ее Государственному Эрмитажу.

Джузеппе Маццуола. Гибель Адониса. 1709 г.

Джузеппе Маццуола. Гибель Адониса. 1709 г.

Другая не менее известная скульптурная композиция на тему Адониса принадлежит резцу итальянского скульптора Антонио Канова. Скульптуру из мрамора «Венера и Адонис» он начал ваять в июле 1789 года. Она была завершения в 1794 году. В ней скульптор, прежде всего, стремился воплотить идеал красоты: гармоническое сочетание плавных линий, ясных форм, сдержанных движений.

Антонио Канова. Венера и Адонис. 1794 г.

Антонио Канова. Венера и Адонис. 1794 г.

Работа итальянского скульптора Массимилиано Сольдани-Бенци «Адонис, оплакиваемый Венерой и Амуром» выполнена в бронзе, а немецкий скульптор Гартман Витвер создал «Фонтан Адонис» (один из четырех фонтанов на площади Рынок в Львове).

Массимилиано Сольдани-Бенци. Адонис оплакиваемый Венерой и Амуром. Около 1715 г.

Массимилиано Сольдани-Бенци. Адонис оплакиваемый Венерой и Амуром. Около 1715 г.

Гартман Витвер. Фонтан Адонис.

Гартман Витвер. Фонтан Адонис.

Во Франции, где доминировал стиль рококо сюжет мифа об Адонисе и Венере также привлек множество художников. Свои полотна на эту тему оставили Пьер Нарсис Герен («Венера и Адонис») и Франсуа Лемуан («Венера и Адонис»).

Пьер Нарсис Герен. Венера и Адонис.

Пьер Нарсис Герен. Венера и Адонис.

Франсуа Лемуан. Венера и Адонис.

Франсуа Лемуан. Венера и Адонис.

Шарль-Жозеф Натуар запечатлел миф не только на полотнах но и на гобеленах созданных по его эскизам.

Шарль-Жозеф Натуар. Венера и Адонис.

Шарль-Жозеф Натуар. Венера и Адонис.

А французские художники Никола Андре Монсио и Бернар Пикар в иллюстрациях к «Метаморфозам» Овидия. В том же русле создал ряд работ и голландский гравёр Питер Пикарт.

Никола Андре Монсио. Иллюстрация к «Метаморфозам» Овидия. Рождение Адониса.

Никола Андре Монсио. Иллюстрация к «Метаморфозам» Овидия. Рождение Адониса.

Бернар Пикар. Рождение Адониса. Иллюстрация к изданию «Метаморфоз» Овидия. 1733 г.

Бернар Пикар. Рождение Адониса. Иллюстрация к изданию «Метаморфоз» Овидия. 1733 г.

Популярность мифа об Адонисе достигла своего апогея в восемнадцатом веке. Ему посвятили свои полотна голландский художник Августин ван ден Берге, английский художник Джеймс Норткот, англо-американский художник Бенджамин Уэст, немецкая художница Анжелика Кауфман, шведский художник Джонас Акерстром, русские художники Пётр Иванович Соколов и Антон Павлович Лосенко.

Августин ван ден Берге. Венера и Адонис.

Августин ван ден Берге. Венера и Адонис.

Джеймс Норкот. Адонис, ухотящий на охоту.

Джеймс Норкот. Адонис, ухотящий на охоту.

Бенджамин Уэст. Венера и Адонис. 1768 г.

Бенджамин Уэст. Венера и Адонис. 1768 г.

Бенджамин Уэст. Венера оплакивает смерть Адониса. 1768 г.

Бенджамин Уэст. Венера оплакивает смерть Адониса. 1768 г.

Анжелика Кауфман. Венера и Адонис.

Анжелика Кауфман. Венера и Адонис.

Джонас Акерстром. Венера, Адонис и Купидон.

Джонас Акерстром. Венера, Адонис и Купидон.

Джонас Акерстром. Венера, Адонис и Купидон.

Джонас Акерстром. Венера, Адонис и Купидон.

Пётр Иванович Соколов. Венера и Адонис. 1782 г.

Пётр Иванович Соколов. Венера и Адонис. 1782 г.

Антон Павлович Лосенко. Смерть Адониса. 1764 г.

Антон Павлович Лосенко. Смерть Адониса. 1764 г.

XIX век отмечен  интенсивным развитием различных школ в европейском искусстве от классицизма и неоклассицизма до реализма и импрессионизма. «Все они в той или иной мере создают свою собственную интерпретацию Эроса и иконографию, с ним связанную» (В. П. Шестаков).

Так классицизм, который еще не утратил в эту эпоху своих позиций, вовсю использовал античную мифологию.

Когда французский художник Пьер Поль Прудон изобразил в 1810 году классический сюжет «Венера и Адонис», он по-прежнему придерживался устоявшихся традиций, и даже заимствовал колорит и иконографию у Корреджо. Впрочем, в его творчестве черты позднего классицизма сочетаются с грацией и мягкостью, и даже в чем-то он предвосхищает настроения, свойственные искусству романтизма.

Пьер Поль Прюдон. Венера и Адонис.

Пьер Поль Прюдон. Венера и Адонис.

Однако постепенно приверженность классической традиции начинает сменяться иными стилями и вкусами. Так для Огюста Родена «человеческое тело есть, в сущности, воплощение всего многообразия жизни, которая в каждой его точке проявляется индивидуально и полно, сообщая каждой части поверхности тела самостоятельность и полноту целого» (Рильке).

Огюст Роден. Смерть Адониса.

Огюст Роден. Смерть Адониса.

Огюст Роден. Смерть Адониса

Огюст Роден. Смерть Адониса

Таким образом, изобразительное искусство девятнадцатого века охватывает широчайший спектр трактовок образа Адониса. От Сципиона Тадолини и Юлиуса Трошеля до Иоганна Непомука Гауттманна и Бертеля Торвальдсена в скульптуре.

Сципион Тадолини. Адонис. 1873 г.

Сципион Тадолини. Адонис. 1873 г.

Юлиус Трошель. Смерть Адониса. Барельеф. 1840-1850 гг.

Юлиус Трошель. Смерть Адониса. Барельеф. 1840-1850 гг.

Иоганн Непомук Гауттманн. Венера и Адонис.

Иоганн Непомук Гауттманн. Венера и Адонис.

Бертель Торвальдсен. Адонис.

Бертель Торвальдсен. Адонис.

В живописи же разнообразие трактовок еще шире: Франсиско Гойя, Джозеф Мэллорд Уильям Тернер, Джон Уильям Уотерхаус,Брайтон Ривьер, Джон Рейнхард Уэгелин и Эдуард Карл Франц фон Гебхардт.

Франсиско Гойя. Венера и Адонис. 1771 г.

Франсиско Гойя. Венера и Адонис. 1771 г.

Джозеф Мэллорд Уильям Тернер. Венера и Адонис.

Джозеф Мэллорд Уильям Тернер. Венера и Адонис.

Джозеф Мэллорд Уильям Тернер. Венера и мертвый Адонис.1805 г.

Джозеф Мэллорд Уильям Тернер. Венера и мертвый Адонис.1805 г.

Джон Уильям Уотерхаус. Пробуждение Адониса. 1899 г.

Джон Уильям Уотерхаус. Пробуждение Адониса. 1899 г.

Брайтон Ривьер. Раненый Адонис. 1887 г.

Брайтон Ривьер. Раненый Адонис. 1887 г.

Джон Рейнхард Уэгелин. Сады Адониса.

Джон Рейнхард Уэгелин. Сады Адониса.

Эдуард Карл Франц фон Гебхардт. Смерть Адониса.

Эдуард Карл Франц фон Гебхардт. Смерть Адониса.

В конце девятнадцатого — начале двадцатого века мир захлестнула первая сексуальная революция. Изобразительное искусство теперь было увлеченно не только красотой женского тела, но и красотой тела мужского. «В него активно проникают гомосексуальные мотивы. «Журналы La Revue athletique» (выходил с 1890 года) и «La Culture physique» (выходил с 1904 года) и их немецкие и англосаксонские аналоги поставили своей задачей вернуть телу современного мужчины античные пропорции. Многочисленные фотографии популярных атлетов и преподавателей физкультуры в позах классических статуй пропагандировали единство здоровья, силы и красоты» (И. С. Кон).

Немецкий атлет Евгений Сандов.

Немецкий атлет Евгений Сандов.

В этих условиях образ Адониса приобретает новое звучание, как например, в работах Франсиса Пикабиа, Брайсона Берроуза, Эдмунда Дюлака, Николая Калмакова, Сидни Метьярда, Жоржа Барбье, Джеймса Чайлдса.

Франсис Пикабиа. Венера и Адонис. 1925 г.

Франсис Пикабиа. Венера и Адонис. 1925 г.

Брайсон Берроуз. Венера и Адонис (Всадник и обнаженная). 1933 г.

Брайсон Берроуз. Венера и Адонис (Всадник и обнаженная). 1933 г.

Брайсон Берроуз. Смерть Адониса.

Брайсон Берроуз. Смерть Адониса.

Эдмунд Дюлак. Афродита и Адонис. Иллюстрация к книге «Боги и смертные в любви». 1935 г.

Эдмунд Дюлак. Афродита и Адонис. Иллюстрация к книге «Боги и смертные в любви». 1935 г.

Николай Константинович Калмаков. Автопортрет в образе Адониса. 1924 г.

Николай Константинович Калмаков. Автопортрет в образе Адониса. 1924 г.

Сидни Харольд Метьярд. Венера и Адонис.

Сидни Харольд Метьярд. Венера и Адонис.

Жорж Барбье. Венера и Адонис.

Жорж Барбье. Венера и Адонис.

Джеймс Чайлдс. Возвращение Адониса. 1996 г.

Джеймс Чайлдс. Возвращение Адониса. 1996 г.

Джеймс Чайлдс. Венера и Адонис, объединенные любовью.

Джеймс Чайлдс. Венера и Адонис, объединенные любовью.

Таковы и скульптурные изображения Адониса – «Адонис» Ричарда Кёнига и «Венера и Адонис» Фридерика Макмонниса.

Ричард Кёниг. Адонис. 1912 г.

Ричард Кёниг. Адонис. 1912 г.

Фридерик Уильям Макмоннис. Венера и Адонис. 1923 г.

Фридерик Уильям Макмоннис. Венера и Адонис. 1923 г.

А американский художник Пол Кадмус в картине «Венера и Адонис» (1936 г.), обыгрывает традиционный сюжет — Венера удерживает Адониса, стремящегося на охоту. У Кадмуса богатая американка средних лет пытается удержать молодого мужа (или любовника), убегающего играть в теннис. Кадмус явно неспроста подчеркивает, что его Адонис рвется к своим партнерам по теннису (причем видно, что это парни) и тут же намекает на повышенную сексуальность молодого человека, прибегая к метафоре — двум теннисным шарам и ракетке.

Пол Кадмус. Венера и Адонис.

Пол Кадмус. Венера и Адонис.

На Кипре, где по преданию Адонис встретился с Афродитой, есть туристический объект называемый «Купальня Адониса». Возле этого водоема находятся статуи Адониса и Афродиты.

Статуи Афродиты и Адониса. Пафос. Кипр.

Статуи Афродиты и Адониса. Пафос. Кипр.

Джон Ричардс.

Находящая Адониса.

 

Ты любила собирать цветы

И дышать вечерним вдохновеньем,

Ты носила светлое стесненье

За улыбкой солнечной весны.

Мистицизмом уличала взмах

Встречных ветров

Да берез молочных,

Ты любила собирать цветочный

Аромат весны.

И на губах

Оставлять органику ручьев,

Хороводы расплетать лесные,

Под белесо-облачной пушниной

Ты сводилась в светотень цветов.

Сценическим героем Адонис стал еще в Древней Греции. Его упоминают уже древнегреческие комедиографы Кратин и Ферекрат.

Аристофан рассказывает об обрядах Сабация и Адониса, которые проводились на крышах домов.

Поэт-комедиограф с Родоса Антифан сочинил комедию «Адонис».

Драматург Дифил в пьесе «Зограф» рассказывает о самосских куртизанках, которые прославляли Адониса в публичных домах.

Тиран Сиракуз Дионисий сочинил трагедию «Адонис», а комедиограф Платон комедию с таким же названием.

Наконец поэт Феокрит написал идиллию «Сиракузянки» или «Праздник Адониса». По форме это сочетание лирической песни с драматической сценкой. Ее героини — две живущие в Александрии мещанки, родом из Сиракуз отправляются посмотреть праздник Адониса.

Феокрит.

Сиракузянки, или Праздник Адониса.

Перевод Н. И. Гнедича.

(Фрагмент).

Праксиноя: Дева Афина! какие работали их мастерицы?

Кто живописец, чертивший прекрасные эти рисунки?

Точно как будто стоят и как будто движутся люди!

Это живое, не тканое! — Много ума в человеке!

Сам же, о, как он прекрасен лежит на серебряном ложе,

Юный Адонис, первый лишь пух по ланитам рассыпав,

Многолюбезный Адонис, и в самом Аиде любимый!

Незнакомец 2-й:

Вы перестанете ль, жалкие, вздор болтать бесконечный?

Горлицы… каждую речь во весь рот распевают несносно!..

Горго: Молчи, Праксиноя: выходит Адониса славить

Дева аргивская, та песнопевица, славная даром,

Коею Сперхис-певец побежден в элегических песнях.

Нечто прекрасное, верно, споет; вот, она приступает.

Аргивянка: (поет)О владычица Голгоса, ты, что Идалию любишь,

Холмный Эрикс посещаешь, Киприда, играюща златом!

Вот какового Адониса с мрачных брегов Ахерона,

В месяц двенадцатый, вновь привели нежноногие Горы,

Тихие в шествии, дщери богов, но желанные всем нам

Горы, всегда приносящие что-либо нового смертным.

Дщерь Дионеи, Киприда могучая, ты Беренисе,

Так человеки гласят, даровала бессмертие смертной,

В перси жены земнородной амврозию капая неба.

Днесь, в благодарность тебе, многочтимая в множестве храмов,

Дочь Беренисы, Елене аргивской подобная ликом,

Здесь Арсиноя Адониса всем угощает прекрасным.

Собрано всё вкруг него, что древесные ветви приносят,

Всё перед ним, что сады производят сладчайшего, блещет

В сребряных кошах, и Сирии миро в златых алавастрах;

Здесь и снедомое всё, что на противнях жены готовят,

С белой мукою мешая цветы и душистые травы

И растворяя их сладостным медом иль светлым елеем;

Всё, что летает и ходит, ядомое, здесь, перед гостем;

Здесь и зеленые кущи, покрытые нежным анефом,

Окрест устроены, сверху летают малютки эроты,

Словно младые певцы-соловьи, по деревьям кудрявым

Силу их крыл испытуя, летают с ветки на ветку.

Злато, эбен и слоновая кость, из вас образован

Быстрый орел, виночерпца младого Крониду несущий.

Вот ковры пурпуровые: мягче сна их поверхность,

Скажет про них восхищенный милетянин или самосец.

Вот уготованы два, одинаково пышные ложа;

В сем почивает Киприда, а в том белорукий Адонис,

Юный, супруг девятнадцатилетний; его поцелуи

Нежны, не колют: уста его пухом едва озлатились.

Радуйся, о Афродита, обретшая паки супруга!

Завтра его, при росистой заре, всенародно отсюда

На берег мы понесем, перед пенные волны морские,

И, распустивши власы, хитоны до ног разрешивши,

Мы, с обнаженными персями, звучно начнем песнопенье:

«Странствуешь ты, о Адонис, и к нам и от нас к Ахерону:

Доля, какой ни единый земной полубог не сподоблен;

Ни Агамемнон, ни грозный свирепством герой Теламонид,

Ни из Гекубиных многих сынов досточтимейший Гектор,

Ни Патрокл благородный, ни Пирр, Илиона рушитель,

Ни древнейшие оных, лапифы, или девкалиды,

Ни пелопиды, ни родоначальники греков пелазги.

Милостив будь нам, Адонис, и в будущем годе возрадуй.

Ныне пришел ты, Адонис, и паки придешь нам любезен!»…

Европейская же драматургия обратилась к мифу об Адонисе лишь в шестнадцатом веке.

В середине XVI века на Балканах получает развитие дубровницький театр. Значительную роль в его становлении сыграл писатель Марин Држич. В представленной им в 1548 году на свадебном празднестве Влаха Држича одноактной пасторали «Повесть о том как богиня Венера воспылала любовью к прекрасному Адонису, переложенная в комедию» были прихотливо перемешаны мифологические и реальные персонажи. В этой пасторали нет сюжетного единства — это ряд отдельных сцен, не связанных между собой. Држич удачно разделил сцену на две части. На одной — действуют реальные дубровничане, перед которыми время от времени раздвигается занавес второй части сцены, и они видят изображение — как правило, пантомимическое — мифа о Венере и Адонисе.

Обращался к мифу об Адонисе и другой деятель дубровницького театра — Иван (Дживо) Гундулич. Им написан ряд драм на античные сюжеты, в том числе и драма «Адонис». Сюжет драмы был взят из античной мифологии, но автор стремился придать ему мест­ный колорит.

А в 1569 году французский драматург Гийом-Габриель Лё Бретон представил при дворе Карла IX трагедию в пяти действиях «Адонис».

В Англии в  колледже  Св.  Иоанна  в  Кембридже на Рождество 1598,1599 и 1601 годов были сыгранны три   сатирические пьесы неизвестного автора, получившие общее название «Парнасские  пьесы» («Parnassus  Plays»): «Паломничество на Парнас» («The Pilgrimage to Parnassus») и две части  «Возвращения  с  Парнаса»  («The  Return  from  Parnassus»). Пьесы  повествуют  о  студенческой  жизни  и содержат аллюзии на Шекспира  и  его  поэму «Венера и Адонис».

Титульный лист «Возвращение с Парнаса». 1606 г.

Титульный лист «Возвращение с Парнаса». 1606 г.

Миф об Адонисе и Венере один из любимейших и  у выдающегося испанского драматурга Золотого века Испании Лопе де Вега. Он неоднократно упоминает этот миф, в контексте многих своих произведений.

Лопе Де Вега.

 Валенсианская вдова.

(Фрагмент).

Адонис, друг Венеры нежной! Когда б я мог сравняться с ним! Он умер счастлив и любим, Я гибну в муке безнадежной…

В 1604 году Лопе де Вега даже написал пьесу «Адонис и Венера». Эта комедия, которую драматург назвал трагедией, основана на мифе об Адонисе в интерпретации Овидия. Она предназначена для придворной  постановки и была посвящена герцогу Пастрана.

В Германии драматург Иоганн Кристиан Хэллманн в 1673 году написал пьесу-пастораль «Адонис и Розибелла» («Adonis und Rosibella»).

На сцене русского театра первые упоминания об Адонисе связанны с именем драматурга Александра Сумарокова, творчество которого развивалось в рамках классицизма. Однако Сумароков «снизил» классическую поэтику, что выражается в устремлении к менее «высокой» тематике, внесении в поэзию мотивов личного, интимного порядка, в предпочтении «средних» и «низких» жанров жанрам «высоким». Так в комедии «Нарцисс» (1750 г.) Сумароков дает образец пародийной панегирической оды, в связи чем и упоминается Адонис в ироническом контексте.

Александр. Сумароков.

 Нарцисс.

(Фрагмент).

Нарцисс: …А ода эта сочинена не от моего лица: да будто кто другой мне эту похвалу соплел. Послушайте:

                                    Твоих умильных блеск очей

                                    Во изумленье всех приводит:

                                    Сиянье солнечных лучей

                                    Во оных образ твой находит;

                                    И в виде смертной красоты,

                                    Изображенны зря черты,

                                    Аврора, воздыхая, рдится;

                                    Адонис пред тобой Сатир;

                                    Оставлен Флорою Зефир,

                                    И мать Эротова стыдится.

В конце девятнадцатого века фигура Адониса переосмысливается в театре, причем в самой непочтительный форме.    В 1884 году в США режиссер и драматург Эдвард Э. Райс и композитор Джон Эллер написали по книге Уильяма Гилла пьесу-бурлеск «Адонис». В основе сюжета лежала история об ожившей статуе Адониса, которая столкнувшись с реалиями жизни девятнадцатого века, захотела вновь обратиться в камень.

Летом того же года премьера спектакля по этой пьесе состоялась в «Hooley’s Opera House» в Чикаго, а 4 сентября в «Bijou Theatre» в Нью-Йорке. Главную роль Адониса в нем играл актер Генри Э. Дикси. Успех спектакля был оглушительный – он выдержал шестьсот три представления.

Генри Э. Дикси в роли Адониса. 1884 г.

Генри Э. Дикси в роли Адониса. 1884 г.

А 31 мая 1886 года состоялась премьера спектакля «Адонис» в том же актерском составе в «Гейети-Тиэтре» в Лондоне, где он с успехом шел три месяца. О популярности этой постановки и Дикси в роли Адониса в частности говорит письмо, которое отправил актеру Оскар Уайльд: «Дорогой мой Адонис, я рад отметить, что хотя критикам не вполне понравилась Ваша пьеса, все они высоко оценивают очарование и изящество Вашей игры. Что до меня, то я хотел бы, чтобы Вы были морской волной и танцевали вечно. Каждое Ваше движение, каждый Ваш жест преисполнены естественной красоты и выражают прелесть самой жизни».

Генри Э. Дикси в позе статуи Адониса.

Генри Э. Дикси в позе статуи Адониса.

Следом 1865 году в той же бурлескной традиции образ Адониса интерпретируется во французской оперетте Ф. Фрэнсиса и Квентина Лео на музыку Ф. Вакса «Прекрасный Адонис» и в английской комедии Фрэнсиса Коули Бернанда «Венера и Адонис».

В XX веке образ Адониса нашел сценическое воплощение в пьесе «Ночь войны в музее Прадо» (1956 г.) испанского поэта и драматурга Рафаэля Альберти, действие которой происходит во время Гражданской войны в Испании.

Рафаэля Альберти.

Ночь войны в музее Прадо.

(Фрагмент)

Венера (не плача, обнимает тело Адониса): Ты и я, любовь — это мир, оливковая ветвь … цветущие каждую весну сады… Это убило молодежь мира, аромат садов и полей весной. Война! Теперь война придет. Кровь! Смерть! Ничего больше. Адонис! Мои Адонис!

Сцена из спектакля «Ночь войны в музее Прадо». Belli Theatre.

Сцена из спектакля «Ночь войны в музее Прадо». Belli Theatre.

Гораздо больше повезло Адонису на оперной сцене. Здесь он присутствует, что называется с самого момента зарождения этого вида искусства. Так итальянский композитор Якопо Пери, автор как считается первой в истории оперы «Дафна» (около 1597 г.), в 1620 году написал оперу «Адонис», впрочем, так и оставшуюся незавершенной.

А вот опера итальянского композитора Доменико Мадзокки «Цепь Адониса» («La catena d’Adone»), поставленная 15 февраля 1626 года в «Палаццо Конти» стала одним из первых оперных спектаклей в Риме. Либретто написал Оттавио Тронсарелли по поэме Джамбаттиста Марино «Адонис». Оперу поставили в Риме всего спустя три года после появления поэмы. Спектакль поражал зрителей богатством и частыми сменами эффектных декораций: мгновенно возникали причудливые пейзажи с фонтанами и каскадами, дикая лесистая местность внезапно превращалась в роскошный цветущий сад, из пышных цветов выходили красавицы, земной рай превращался в пустыню, вдруг возникала полная иллюзия наводнения, на глазах зрителей пробуждалась весенняя природа.

Эта пятиактная опера соединила мифологическую любовную историю Адониса и Венеры с католическим поучением о грехе сладострастия. Новый ариозный стиль сочетался здесь с пышной хоровой полифонией. Мадзокки выпятил волшебно-декоративные стороны сюжета (таинственные превращения, внезапные смены ландшафтов, заклинания духов) присовокупив, однако, проповедь отречения от земных радостей.

аз3216Отец французской оперы композитор Робер Камбер также отдал дань мифу, написав оперу «Адонис» («Adonis»), партитура которой, впрочем, не сохранилась. Не сохранилась и партитура оперы «Адонис» («Adone») написанной Клаудио Монтеверди в 1639 году по поэме Марино (либретто П. Вендрамина) для театра «Сан Джованни е Паоло» в Венеции.

Здесь же в Венеции творил и итальянский композитор Джованни Легренци написавший в 1675 году для «Театра Сан-Сальваторе» («Teatro San Salvatore») оперу «Адонис на Кипре» («Adone in Cipro») на либретто Джованни Маттео Джаннини.

А опера X. Андерса «Венера и Адонис» поставленная в 1696 году в Амстердаме стала одной из первых голландских опер.

У истоков оперного искусства в Великобритании также лежал миф об Адонисе. «Венера и Адонис» («Venus and Adonis») - опера в трех действиях с прологом английского композитора Джона Блоу, была написанна около 1683 года для представления в Лондоне или Виндзоре при дворе Карла II. И это была первая английская опера. Авторами либретто одни исследователи считают Афру Бен, а другие Энн Кингсмилл (в замужестве графиня Уинчилси). Либретто было опубликовано в 1684 году, когда состоялось представление оперы в школе для девочек Джозиаса Приста в Челси.

В «Венере и Адонисе» Джона Блоу главная роль отведена вокальной музыке. Создавая свою оперу, композитор ориентировался на современные ему французские оперы, в первую очередь Жана-Батиста Люлли. Здесь мы находим французскую увертюру, пролог с аллюзиями на жизнь королевского двора и много популярных танцев того времени.

Сцена из спектакля «Венера и Адонис» по опере Джона Блоу в «l'Opéra-Comique».

Сцена из спектакля «Венера и Адонис» по опере Джона Блоу в «l’Opéra-Comique».

На долгое время опера была забыта, и обнаружена лишь в конце XIX века, а опубликована в 1902 году.

аз3305

Сцена из спектакля «Венера и Адонис» по опере Джона Блоу в «American Opera Theatre».

Сцена из спектакля «Венера и Адонис» по опере Джона Блоу в «American Opera Theatre».

Оперы на сюжет мифа об Адонисе писали и немецкие композиторы. Так в 1694 году в Гамбурге была представлена опера композитора Георга (Юргена) Броннера «Венера или Победоносное любовь» («Venus, oder die siegende Liebe») на либретто Генриха Хинша.

А опера в трех действиях «Влюблённый Адонис» («Der geliebte Adonis») немецкого композитора Рейнхарда Кайзера на либретто поэта и драматурга Кристиана Генриха Постеля была написанна им в 1697 году для Гамбургского оперного театра. Она изобилует новшествами и не лишена глубины.

Рейнхард Кайзер. Титульный лист либретто оперы «Влюблённый Адонис». 1697 г.

Рейнхард Кайзер. Титульный лист либретто оперы «Влюблённый Адонис». 1697 г.

Постель в своём обширном предисловии к либретто писал, что союз Венеры и Адониса олицетворяет собой необходимый для зарождения жизни союз отсылая нас к смене времён года, а возможно даже к вопросу о греховном начале человеческой жизни, в традиционном христианской представлении.

аз3317

Сцена из спектакля по опере Рейнхарда Кайзера «Влюблённый Адонис». Дунайский фестиваль (Donau-Festwochen). 2016 г.

Сцена из спектакля по опере Рейнхарда Кайзера «Влюблённый Адонис». Дунайский фестиваль (Donau-Festwochen). 2016 г.

Французский композитор эпохи барокко Анри Демаре в 1697 году написал на либретто Жана-Батиста Руссо оперу в пяти актах с прологом «Венера и Адонис» («Vénus et Adone») и посвятил ее королю Людовику XIV.

Титульный лист либретто к опере Анри Демаре «Венера и Адонис», опубликованного в Париже в 1697 г.

Титульный лист либретто к опере Анри Демаре «Венера и Адонис», опубликованного в Париже в 1697 г.

Впервые она была поставлена в Королевской академии музыки, в апреле 1697 года, с Дюмени в роли Адониса, Ардуэном в роли Марса, Марией-Луизой Дематен в роли Сидиппы и Мартой Лерошуа в роли Венеры. Сюжет для либретто Жан-Батист Руссо позаимствовал из «Метаморфоз» Овидия. Однако он значительно переработал миф, сделав Адониса королем Кипра и, введя, новый персонаж Сидиппу.

Жан-Батист Руссо.

Венера и Адонис.

(Фрагмент либретто).

Второй акт

Дворец кипрского короля

Адонис один. Он упрекает себя, что осмелился полюбить богиню. Появляется Венера. Она догадывается, что Адонис томится от любви. Пустив в ход все свои чары, ей удается выведать, что объектом его страсти является она сама. Богиня решает устроить праздник в честь их взаимной любви. Счастливая Венера признается Сидиппе, что Адонис отвечает на ее чувства. Сидиппа остается одна, мучимая ревностью. Она призывает Марса отомстить. В ответ на просьбу Сидиппы появляется Ревность и призывает в помощь Подозрения и Фурий. Ревность и ее свита — Подозрения, Фурии, Терзание, Ярость, Отчаяние и Злоба выражают свою радость от предстоящей работы.

Мари Ле Рокуа в роли Венеры на премьере оперы Анри Демаре «Венера и Адонис». 1697 г.

Мари Ле Рокуа в роли Венеры на премьере оперы Анри Демаре «Венера и Адонис». 1697 г.

аз3332Перу итальянского композитора эпохи барокко Алессандро Скарлатти, который считается основателем Неаполитанской оперной школы, принадлежит серената «Сад любви» — Венера и Адонис» («Il Giardino di Amore — Venere e Adone»). Серената (итальянское - serenata, от sera — вечер) XVII века это жанр средний между кантатой и оперой, что-то вроде большой светской кантаты с элементами действия. В них использовали оперные музыкальные формы – арии и речитативы. Они были предназначены для исполнения вечером на открытом воздухе по какому-либо торжественному случаю и чаще всего были некостюмированными. Декорациями служили элементы парковой архитектуры.

аз3333Другая серената посвященная Адонису – «Смерть Адониса» («La morte d’Adone») была написана между 1710 и 1729 годами венецианским композитором Бенедетто Марчелло.

А опера в одном действии «Пурпур розы» (La púrpura de la rosa» была написана Томасом де Торрехон и Веласко Санчез на классический сюжет Овидия. Поводом для её написания стало совершеннолетие испанского короля Филиппа V. Это была первая опера написанная и поставленная в Новом Свете. Она создавалась на либретто последнего мастера слова испанского Золотого Века — Педро Кальдерона де ла Барка. Испанский дух и звон гитары пронизывает её от начала до конца. Эротический характер текста усиливается за счет использования танцевальных ритмов. Впервые опера «Пурпур розы» была исполнена во Дворце наместника в Лиме 19 октября 1701 года.

аз3334Следует отметить, что Томас де Торрехон и Веласко Санчез были не первыми, кто использовал либретто Кальдерона. Придворный испанский композитор Хуан Идальго де Поланко ранее на этот же текст написал одноименную оперу для постановки в честь бракосочетания Людовика XIV и Марии Терезы Испании в 1660 году.

В 1708 в Лейпциге была поставлена опера в трех актах немецкого композитора Георга Филиппа Телемана «Адонис» («Adonis») на либретто Георга Христиана Лехмса.

С 1714 года английский композитор немецкого происхождения Иоганн Кристоф Пепуш занимал место музыкального руководителя те­ат­ра «Дру­ри-Лейн», для ко­то­ро­го на­пи­сал му­зы­ку к четырем английским мас­кам, в том числе «Ве­не­ра и Адонис» («Venus and Adonis»). Премьера состоялась 12 марта 1715 года. Работа Пепуша отличалась использованием драматического речитатива и стала моделью для более поздних произведений Генделя.

аз3344Опера-балет «Сюрпризы Амура» («Les surprises de l’Amour») французского композитора эпохи барокко Жана Филиппа Рамо, также известная под названием «Сюрпризы любви» была впервые исполнена в Версале 27 ноября 1748 года. Она была написана по заказу мадам де Помпадур. Автором либретто выступил поэт и драматург Пьер-Жозеф Бернар, известный под именем Жантиль-Бернар.

Сюжетом одного из актов этого произведения был миф об Адонисе. Он так и назывался «Адонис». Опера успеха не имела – король даже откровенно зевал во время премьеры. Впрочем, спектакль был возобновлен ​​в Парижской опере в 1757 году. Был добавлен еще один акт, а также сильно изменен текст акта посвященного Адонису – теперь он назывался «Похищение Адониса» или «Совращение Адониса». Его темой стала борьба любви и целомудрия.

аз3347А другой представитель французского барокко композитор Жан-Жозеф де Мондонвиль в 1752 году написал оперу «Венера и Адонис» («Vénus et Adonis») в стиле французской лирической трагедии.

Опера-буффа Вольфганга Амадея Моцарта «Свадьба Фигаро» («Le nozze di Figaro ossia la folle giornata»), написанная на либретто Лоренцо да Понте по одноимённой пьесе Бомарше также содержит арию, отсылающую нас к образу Адониса.

Это, пожалуй, самый известный номер в партии Фигаро — ария  «Non più andrai» («Мальчик резвый, кудрявый, влюбленный»). Она обращена к юно­му пажу Керубино. Тот случайно услышал, как граф пытался объясниться в любви Сюзанне, и такому нежелательному свиде­телю тут же было велено отправиться на военную службу. В своей арии Фигаро весело и остроумно насмехается над создавшейся си­туацией, рисуя юноше, изнеженному придворной жизнью, картины сурового военного быта.

Премьера оперы состоялась 1 мая 1786 года в венском Бургтеатре. Первыми двумя исполнениями дирижировал за клавесином сам композитор. В 1875 году П. И. Чайковский перевел это либретто на русский язык.

Лоренцо да Понте

Текст арии Фигаро («Мальчик резвый…»)

Перевод П. И. Чайковский.

(Фрагмент).

 Распростись ты с духами, с помадой,

Со стихами, с ночной серенадой.

Ты забудь про веночки, цветочки,

Про шёлковые ленты забудь,

Про шёлковые ленты забудь.

Распростись ты с кружевами

И с венками, и с цветами,

С помадой, с духами.

Мальчик резвый кудрявый, влюбленный

Адонис, женской лаской прельщённый,

Не довольно ль вертеться, кружиться,

Не пора ли мужчиною быть,

Не довольно ль вертеться, кружиться,

Не пора ли мужчиною быть…

Уже в двадцатом веке немецкий композитор Ханс Вернер Хенце написал одноактную оперу «Венера и Адонис» («Venus und Adonis») по поэме Вильяма Шекспира (либретто Ханс-Ульрих Трайхель). Она была впервые исполнена в Баварской государственной опере в Мюнхене 11 января 1997 года.

 Борис Кушнер.

Вариация-8.

(Фрагмент)

Беда не в том, что выбор странен,

Что красота стремится вниз,

Не в том, что в полумраке спален

Венеру жаждет Адонис.

 

Беда не в тяжести удара,

Не в том, что в мире мы одни…

Беда – в наличие бекара,

Который женщине сродни.

А вот балетное искусство обращалось к образу Адониса значительно реже.

В мае 1791 года французский танцовщик и балетмейстер Жан Доберваль поставил в Лондоне в «Королевской академии музыки» балет «Осада Цитеры», одним из персонажей которого был Адонис.

Здесь же в Лондоне в «Королевском театре» в 1807 году ставился балет французского композитора Фредерика Марка Антуана Венуа «Похищение Адониса».

В России первым воплощением Адониса на балетной сцене стала постановка «Венера и Адонис, или Мщение Марса» («Les Amours de Vénus et Adonis») французского танцовщика и балетмейстера Луи Дюпора бежавшего в 1808 году из Франции в Санкт-Петербург.

А в 1809 году другой французский балетмейстер Жан Ламираль поставил по собственному либретто в Большом театре в Москве, балет в пантомимах в трех действиях на музыку русского композитора Алексея Николаевича Титова «Осада Цитеры, или Вулкановы кузнецы».

Жан Ламираль.

Либретто балета «Осада Цитеры, или Вулкановы кузнецы».

(Фрагмент).

На холме виден Адонис в раковине. Наяды качают его; другие играют на морских трубах. Адонис является на сцену. Наяды, желая научить его музыке, дают ему уроки. Тот, приняв их, играет дуо. Наяды восхищаются его успехами и от радости танцуют. Адонис внимает крику охотников, он в восторге И желает соединиться с ними. Охотники приносят ему оружие, и Адонис отправляется с ними на охоту. Наяды. преследуя его, тоскуют, а потом удаляются. Венера со своим сыном является среди моря в большой раковине, влекомой двумя лебедями. Она выходит и смотрит по сторонам. Адонис, оставив охоту, ищет любимых своих наяд. Венера, увидев Адониса, пленяется им и посылает Амура преследовать его.

18 января 1876 года в Большом театре Санкт-Петербурга прошла премьера балета в трех действиях и пяти картинах в постановке М. И. Петипа на музыку Людвига Минкуса «Приключения Пелея». Либретто на основе древнегреческой легенды о Пелее и Фетиде  написал сам балетмейстер. Роль Адониса на премьере исполнил Лев Иванов. Несмотря на положительную критику, сценическая судьба балета была короткой. Впрочем, в 1897 году Мариус Петипа возродил в Петеребургской труппе I акт этого балета под названием «Свадьба Фетиды и Пелея». Теперь партию Адониса исполнял Сергей Легат.

Сцена 3 картины II акта. «Приключения Пелея». СПб., Большой театр. 1876 г.

Сцена 3 картины II акта. «Приключения Пелея». СПб., Большой театр. 1876 г.

Иван Андреевич Крылов.

К Счастью.

(Фрагмент).

Пускай вздыхает Адонис,

Пусть за победами он рыщет;

Напрасно целый век просвищет:

Он в Мессалинах скромность сыщет

И встретит святость у Лаис

В 1711 году Георг Фридрих Гендель написал кантату для сопрано, гобоя и ансамбля (фагот, теорба, клавесин) «Венера и Адонис» («Venus and Adonis or Behold where weeping»), состоящую из четырех частей: 1. Recitativo «Behold where weeping Venus stands!», 2. Aria «Dear Adonis, Beauty`s treasure», 3. Recitativo «Thus, Queen of Beauty», 4. Aria «Transporting Joy, Tormenting Fears».

аз3558Перу французского композитора Теодора Франсуа Клемана Дюбуа принадлежит симфоническая поэма в трех частях «Адонис» («Adonis»). Каждая из частей имела подзаголовок: «Смерть Адониса», «Оплакивание нимфы», «Пробуждение Адониса». Впервые она была исполнена на концертах в Шатле в 1901 году.

Немецкий композитор Иоганнес Брамс положил в основу написанного им в 1880-1881 годах вокально-орекстрового сочинения «Нения» («Nänie») одноименное стихотворение Фридриха Шиллера. В нем поэт обращается к различным сюжетам прощания в античной мифологии: Афродиты и Адониса, Фетиды и Ахилла, Орфея и Эвридики. Музыка Брамса виртуозно обыгрывает структуру и мелодику текста. Настроение «Нении» — больше светлое, чем траурное. «Нения» Брамса впервые прозвучала в Цюрихе 6 декабря 1881 года.

аз3350Вокальный цикл «Пять фрагментов из Сапфо» («Cinque frammenti di Saffo», для сопрано и камерного оркестра) написанный в 1942 году итальянским композитором Луиджи Даллапиккола – первый из циклов «Греческой лирики» («Liriche greche») на вольные переводы Сальваторе Квазимодо античных поэтов. В него вошло и знаменитое стихотворение Сафо посвященное Адонису. Разгулу ненависти и нетерпимости охватившему мир в годы Второй мировой войны композитор противопоставил идею бессмертия любви и красоты.

аз3528Голландский композитор Тэо Лувенди пришедший в академическую музыку из джаза представил в 1981 году свое прочтение образа Адониса в произведении «Венера и Адонис» («Venus And Adonis»). Он совмещает элементы джаза, музыкальные традиции Ближнего Востока и европейской средневековой изоритмии. Отдаёт предпочтение мелодии, ритму и тембру перед гармонией. Вместе с тем, составные элементы произведения тщательно организованы и не нарушают единства.

аз3625

Александр Блок

Смерти нет; есть единственно — прекрасное умирание. Но ведь это уже не смерть, не примечтавшийся призрак, но отречение от пустоты мечтаний. Когда умирал Адонис, все знали, что он воскреснет: предчувствовали воплощение, следующее за умиранием, и тонкая, серебристая осенняя радость звенела в хаосе «надгробных рыданий»…

В кинематографе, картины, в которых нашел отражение этот миф условно можно поделить — на фильмы, персонифицирующие Адониса и такие в названии или сюжете которых Адонис упоминается аллегорически.

Так образ Адониса персонифицировался в музыкальной комедии 1929 года «Прославляя американскую девушку» («Прославление американской девушки»).  Роль Адониса в картине исполнил Джонни Вайсмюллер.

Кадр из фильма «Прославление американской девушки». Джонни Вайсмюллер в роли Адониса.

Кадр из фильма «Прославление американской девушки». Джонни Вайсмюллер в роли Адониса.

В 2013 году вышел на экраны фильм-опера режиссера Луизы Моати «Венера и Адонис» («Venus & Adonis») по одноименной опере Джона Блоу. В роли Адониса снялся французский оперный певец (тенор) Марк Майон.

А действие картины «Прекрасная Елена» снятой режиссером Олегом Рябоконем в 1986 году по одноименной оперетте Жака Оффенбаха происходит в храме Зевса, в котором готовятся отметить годовщину смерти Адониса.

аз3667В целом ряде кинокартин Адонис аллегорически упоминается в названии, либо в сюжете прослеживаются аллюзии к мифу о нем, как например, в корейском сериале «Ледяной цветок Адониса» или фильмах «Адонис» («Adonis», 2013 г., режиссер Дэвид Диббл) и «Адонис» («Adonis», 2014 г., режиссер Кертис Джеймс Солт).

Постер сериала «Ледяной цветок Адониса».

Постер сериала «Ледяной цветок Адониса».

аз3659А документальный фильм «Фактор Адонис» («The Adonis Factor», 2010 г.), американского режиссера Кристофера Хайнса адресует образ Адониса гей-культуре.

аз3660

Кузмин Михаил

«Адониса Киприда ищет…»

Адониса Киприда ищет -

по берегу моря рыщет,

как львица.

Киприда богиня утомилась -

у моря спать она ложилась -

не спится -

мерещится ей Адонис белый,

ясный взор его помертвелый,

потухший. -

Вскочила Киприда, чуть дышит,

усталости она не слышит

минувшей.

Прямо к месту она побежала,

где Адониса тело лежало

у моря. -

Громко, громко Киприда вскричала,

и волна шумливо роптала,

ей вторя.

Со второй половине ХХ века образ Адониса проникает и в массовую культуру.

Так ему посвящены песни немецкой группы «Anyone’s Daughter» «Адонис» («Adonis») и французской певицы Далиды «Адонис» («Adonis»).

Далида.

Адонис.

(Фрагмент).

Adonis je rêvais d’Adonis

Et lorsque j’avais seize ans j’imaginais souvent

Quel délice vivre au temps d’Adonis

Et pouvoir un seul instant le voir et le connaître

Cet amour de toujours un beau jour

S’est vite envolé quand je t’ai rencontré

Adonis, tu n’es pas Adonis

Mais tu l’as bien remplacé car tu as su me plaire

La, la, la, la, la, la, la, la, la

Candide, solide, splendide

Tu es comme cela tout cela à la fois

Sans malice tu es mieux qu’Adonis

Tout au moins moi je le crois

Puisque c’est toi que j’aime

Adonis, Adonis…

Адонис, я мечтала об Адонисе,

И когда мне исполнилось шестнадцать, я часто представляла,

Какое наслаждение – жить во времена Адониса,

И хотя бы на мгновение его увидеть и познакомиться с ним.

Это вечная любовь в один прекрасный день

Прошла, когда я встретила тебя,

Адонис, ты не Адонис,

Но ты мне его заменил, ведь ты сумел мне понравиться.

Ла, ла, ла, ла, ла, ла, ла, ла, ла

Искренний, надёжный, великолепный,

В тебе всё это есть,

Без злого умысла, ты лучше Адониса,

По крайней мере, я в это верю,

Потому что это тебя я люблю,

Адонис, Адонис…

Характерно, что в массовой культуре Адонис приобретает неожиданную, зачастую отрицательную коннотацию, как например Адонис (Эрик Камерон) -персонаж комиксов американской компании «Marvel Comics», где он является противником Капитана Америки и героем серии «Dyosa».

Адонис (Эрик Камерон). «Капитан Америка». Marvel Comics.

Адонис (Эрик Камерон). «Капитан Америка». Marvel Comics.

Весьма малоприятен и Темный Адонис (Dark Adonis) персонаж из серии видеоигр Disgaea.

Темный Адонис - персонаж серии видеоигр «Disgaea».

Темный Адонис — персонаж серии видеоигр «Disgaea».

Александр Сергеевич Пушкин.

Юрьеву.

 Любимец ветреных Лаис,

Прелестный баловень Киприды —

Умей сносить, мой Адонис,

Ее минутные обиды!

 

Она дала красы младой

Тебе в удел очарованье,

И черный ус, и взгляд живой,

Любви улыбку и молчанье.

 

С тебя довольно, милый друг.

Пускай, желаний пылких чуждый,

Ты поцелуями подруг

Не наслаждаешься, что нужды?

 

В чаду веселий городских,

На легких играх Терпсихоры

К тебе красавиц молодых

Летят задумчивые взоры.

 

Увы! язык любви немой,

Сей вздох души красноречивый,

Быть должен сладок, милый мой,

Беспечности самолюбивой.

 

И счастлив ты своей судьбой<.>

А я, повеса вечно праздный,

Потомок негров безобразный,

Взращенный в дикой простоте,

Любви не ведая страданий,

Я нравлюсь юной красоте

Бесстыдным бешенством желаний;

 

С невольным пламенем ланит

Украдкой нимфа молодая,

Сама себя не понимая,

На фавна иногда глядит.

Образ Адониса во всю эксплуатируется в рекламе мужского белья, фитнес-клубов и спортивных товаров.

Рекламные проспекты мужского белья всячески подчеркивают форму ягодиц и размеры гениталий, рекламируя не столько белье, сколько определенный тип мужского тела. Такая «эстетика мужского тела тесно связана с гомоэротизмом. В ХХ веке гомоэротический взгляд стал более открытым и явным, подрывая привычный канон мужского тела как имманентно закрытого и невыразительного» (И. С. Кон).

Рекламное агенство «Fallon Worldwide». «Четыре монахини и Адонис» - реклама фитнес-клуба. 2008 г.

Рекламное агенство «Fallon Worldwide». «Четыре монахини и Адонис» — реклама фитнес-клуба. 2008 г.

Активно используется в рекламе и стереотип пары Адонис-Венера, как например, на плакате Кельвина Кляйна.

Рекламный плакат работы Кельвина Кляйна.

Рекламный плакат работы Кельвина Кляйна.

Таким образом, образ Адониса, пережив века и непрерывно видоизменяясь, и сегодня не утратил своей притягательности. Существует даже коктейль получивший название «Адонис». В его состав входят вермуты «Bianco» и «Rosso», херес и «Orange-Bitter». Подают напиток с апельсиновой цедрой и льдом.

 

При перепечатке данной статьи или ее цитировании ссылка на первоисточник обязательна: Копирайт © 2017 Вячеслав Карп — Зеркало сцены.

Print Friendly

Коментарии (0)

› Комментов пока нет.

Добавить комментарий

Pingbacks (0)

› No pingbacks yet.